Меня зовут Никто. Тот, кто говорит много, не говоря ничего.
Каждую ночь и каждое утро на земле рождается кто-то для боли. Каждое утро и каждую ночь кто-то рождается для удачи. Кто-то рождается для удачи. Кто-то для бесконечных ночей.
Меня зовут Никто. Тот, кто говорит много, не говоря ничего.
Каждую ночь и каждое утро на земле рождается кто-то для боли. Каждое утро и каждую ночь кто-то рождается для удачи. Кто-то рождается для удачи. Кто-то для бесконечных ночей.
Слова — лакмус мыслей. Если вы оказываетесь во власти кого-то, кто хладнокровно употребляет слово «пройдите», уходите оттуда, и как можно скорее; но если говорят «Зайди», то не задерживайтесь, чтобы собрать вещи.
Слышу громкие слова, не всегда доверяю.
Чем больше шкаф, тем громче падает — все это знают.
Слово нужно настраивать, как скрипку: и подобно тому как излишек или недостаток вибраций в голосе певца или в дрожании струны дают фальшивую ноту, чрезмерность или недостаток в словах мешают выразить мысль.
Весенние слова, а летние тем более, самые легкие из всех слов на свете. Легче воздуха и даже гелия, которым надувают шарики. И такие же разноцветные. Они и состоят-то почти из одних только гласных, а согласные в них если и есть, то звонкие. Весенние слова, а летние тем более, чаще всего и не выговаривают даже, а выдыхают. Только успел губы приоткрыть, как оно уже упорхнуло. Только хвостик «лю» и мелькнул перед глазами. Чтобы весенних, а тем паче летних слов хватило для разговора хотя бы двух человек, а тем более для шепота, надо их выдыхать постоянно.
Нетленные древние корни
Чудесных таинственных слов
Забвенью веков непокорны,
Тверды, как основа основ
— А меня ты боишься? — шепчет Изабелла.
Нет, отвечаю я про себя и качаю головой; ты единственный человек, которого я не боюсь. И слов с тобой не боюсь. Для тебя они никогда не могут быть слишком пышными или смешными. Ты всегда понимаешь их, ибо до сих пор живёшь в таком мире, где слова и чувства, ложь и видения — одно.