Ты распустишь из сердца болящую зябь слов, как будто отдаренных свыше, очень тихо, воздушно, почти для себя и еще для кого-то, кто слышит.
И слово. Как же без него, когда вся кожа в буквах дрожи, когда я чувствую родство с травой, с тобой… Да с каждым, Боже.
Но когда ты спросишь: «зачем же со мной остался?» Я хочу твое сердце выучить наизусть.
Ты сядешь рядом. Жизнь в одно касание. Ты улыбнешься. Смерть в единый взмах. И наше время сложится в молчание, в котором больше смысла, чем в словах.
Мое сердце стучит в чьих-то тонких безжалостных пальцах, только кажется мне почему-то, что пальцы — не те.
Он заваривал чай из звезд и ругал повседневщину, рисовал в траве портрет из своих следов, говорят, он любил горожанку, простую женщину, и вписал ее в вечность посредством обычных слов.
Я мог бы заклеить тебя под обои,
Вмонтировать в стену фигурой из слов,
Я мог бы великий застенок построить,
Где мы превратились бы в двух стариков,
Счастливых, беззубых.
Я мог бы уехать,
Любить тебя издали или забыть,
Шатаясь по рифмам, по людям, по вехам,
Под латным «плевал я» поверх наготы.
Она меня любит как график, по датам, по числам морей и пустынь. Она заползает мне в душу до глуби и губы брезгливо кривит. Она меня любит, конечно же, любит. Но страшно от этой любви.
А кошка у ног неизвестной породы учила ее чувству гордой свободы, учила гулять по обшарпанной крыше, учила, что люди почти что как мыши. И если любить, то не жалких, не слабых, и если уж падать, то только на лапы.
Cлайд с цитатой