Игорь Угольников

Мы должны были снимать финальную сцену, в которой хлопья снега падают на развалины крепости. А было это в октябре, и в Бресте, сами понимаете, в это время никакого снега. Ну, мы решили просто заснять развалины, чтобы потом поручить компьютерщикам нарисовать нужный нам снег. И вот просыпаюсь я в шесть утра – сонный, злой – выхожу на улицу, а там сидят два пьяных каскадёра в обнимку и плачут. Я очень испугался тогда, думал, что в последние дни съёмок кто-то из каскадёров поломался. А они говорят – гляди! Я смотрю, а за ночь сантиметров пятнадцать снега навалило. Было это на Покров день, 14 октября. Мы успели заснять всё, что нам нужно, и снег растаял. Вот тогда я и понял, что если ты делаешь своё дело честно и с душой, то сверху тебе сыплются подарки.

Другие цитаты по теме

«Доктор угол» – это был первый ситком на отечественном телевидении. Ко всем своим героям в ней я отношусь с тёплой улыбкой. А вот права на программу «Добрый вечер» нам пришлось покупать в США – там подобные late-night шоу очень популярны и идут в эфире чуть ли не десятками лет. Сейчас эту традицию продолжает Ваня Ургант, которого я помню ещё совсем маленьким. Это же хорошо, когда младшее поколение продолжает традиции старшего. Наш «Добрый вечер», когда вышел в 1997 году был популярен, но он закрылся всего лишь через год. В этом, вероятно, и различие в ментальности американской аудитории и российской – американцы начинают бастовать, когда их лишают чего-то привычного, а русские, когда к чему-либо привыкают, хотят чего-то нового.

— Знаешь, я себя ощущаю второстепенным актером в мелодраме, который томится за кулисами, толком не зная, что происходит на сцене.

— Прекрасно понимаю, — сказал я. — Моя собственная роль понуждает меня порой бросаться на поиски автора этой идиотской пьесы. А ты попробуй посмотреть на дело иначе: таинственные истории редко оказываются такими, какими ты их себе представляешь. Как правило, все оказывается просто и пошло, и, когда правда раскрывается, остаются одни мотивы — примитивнее некуда. Гадать и пребывать в иллюзиях порой намного приятнее.

В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: вечной дружбы, неизменной любви. Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: просто товарищества, без фраз. А их чувства, дружба, благородные поступки сохраняют в моих глазах всю ценность чуда: чистый дар благодати.

Проблема в нас самих. Мы думаем, что не заслуживаем лучшего... Может быть, нам лучше прожить жизнь, не ожидая, что за поворотом нас ждем что-то хорошее. Может, тогда бы у нас и было все хорошо, если бы мы ожидали худшего.

Мне исполнился сорок один год. Ты понимаешь, Юрик? Сорок один! Я же пятый десяток разменяла. И что же я, как девчонка-малолетка, всех боюсь? Начальников боюсь, родителей боюсь, даже просто людей на улице боюсь, а вдруг меня кто-нибудь обидит, оскорбит, нахамит мне? Ну сколько же можно всех и всего бояться, а? Что я, рассыплюсь оттого, что на меня кто-то наорет? Да пусть орут, пусть ругаются, с меня даже волосок не упадет.

Я никогда не говорила: «Я хочу быть одна». Я только сказала: «Я хочу, чтобы меня оставили в покое», а это не то же самое.

Назовите меня дураком, но я никогда не копирую планы на пергамент. Для чего тогда нужна голова?