Восприятие холода зависит от личного опыта.
(Способность переносить холод зависит от опыта).
Восприятие холода зависит от личного опыта.
(Способность переносить холод зависит от опыта).
Если бы вы вдруг увидели восьмой цвет, а потом попытались описать его семицветному миру, то получилось бы примерно следующее: «Э-э, ну это было... нечто вроде зеленовато-пурпурного». Мы так и не научились толком обмениваться полученным опытом.
Все мы уникальны. Никогда ни у кого не спрашивайте, что правильно, а что неправильно. Жизнь — эксперимент, в ходе которого следует выяснить, что правильно, что неправильно. Иногда, может быть, вы поступите неправильно, но это даст соответствующий опыт, от которого вы тут же получите пользу.
Каждое действие ведет к немедленному результату. Просто будьте бдительны и наблюдайте. Зрелый человек — тот, кто наблюдал себя и нашел, что для него правильно и неправильно; что хорошо и что плохо. И благодаря тому, что он нашел это сам, у него есть огромный авторитет: даже если весь Мир будет говорить что-то другое, для него ничего не изменится. У него есть собственный опыт, на который он может опираться, и этого достаточно.
Когда тебе холодно, всегда можно надеть на себя что-нибудь, а что делать, когда жарко, а ты уже все снял — непонятно.
В этих местах технологии подчиняются удаче.
(В этих краях удача всё ещё важнее технологий).
Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.
Когда смотришь на волны Красного моря, они кажутся синее других волн. Их синий цвет насыщенный, чистый, основательный, честный. Это не эффект реальности, а следствие слов... Синева Красного моря кажется тем синее, что его назвали Красным. Причина не в химии волн и света, а в химии поэтической.