Шагаю в кепочке-малокозырочке, а у самого темени дырочка.
Веселей, народ, эх, давай, страна,
Пролетарское грянем ура!
Шагаю в кепочке-малокозырочке, а у самого темени дырочка.
Песня хороша, развернись, душа.
Кто сказал, что мы плохо жили?... Ша!
Кто сказал, что мы жили зря?... Ша!
Это было очень давно, может, в детстве, может в кино, -
Улочкой замоскворецкой, улочкой замоскворецкой стороны. Ша!
Дотемна гуляет шпана, тишина шпане не нужна.
От рассвета до заката, по Ордынке до Арбата -
По знакомым улицам родной Москвы. Ша!
Пиджачок из кителя сшит, папироска тихо дымит.
— Стой, стоять, куда пылишь? Стой, стоять, куда пылишь, слышь, братва?!
На песок сквозь зубы плевок,
— Братцы, это ж Витька-дружок.
— Эй, ребята, не шумите, папироской угостите.
Полюшко мое, родники, дальних деревень огоньки,
Золотая рожь да кудрявый лён,
Я влюблён в тебя, Россия, влюблен...
Будет добрым год хлебород, было всяко, всяко пройдёт,
Пой златая рожь, пой кудрявый лён,
Пой о том, как я в Россию влюблен!
Наша природа такова, что требует непрестанного движения; полный покой означает смерть.
Жизнь, как я ее понимаю, не остановка, а путешествие. Даже тот, кто думает, что он «остановился отдохнуть», не пребывает в покое, а, по всей вероятности, катится вниз.
... время не существует отдельно от нас. Время – это мы сами, сила наших желаний и стремление действовать. Если оно нужно, то ты непременно успеешь. Важно не забывать: счастье там, где есть движение вперед. Движение, а не суета.
Если любишь и теряешь — не нужно плакать, со слезами уходят чувства, которые стремительно убывают из души… Если что-то тревожит — выпусти эмоции наружу, не держи их внутри! Если мучают сомнения — избавься от них, старость — состояние, когда человек перестает желать, перестает любить, прекращает движение вперед!
Разве женщина из гарема не счастливее какой-нибудь избирательницы? Разве домохозяйка не счастливее работницы? Не совсем ясно, что означает слово «счастье» и тем более какие подлинные ценности в нем сокрыты. Нет никакой возможности измерить счастье другого человека, зато всегда легко можно объявить счастливой ситуацию, которую хочешь ему навязать: обреченных на застойное прозябание, в частности, объявляют счастливыми под тем предлогом, что счастье — это неподвижность.
…Эта река бежала и бежала, бежала, не останавливаясь, и все-таки оставалась тут, на месте, всегда и во все времена была та же и все-таки каждую секунду другая, новая!
Cлайд с цитатой