Убери то, что между нами. И поговорим немного.
— Я вам сказал, этот человек — псих! Не ведите себя с ним нормально.
— И тебе еще отчитываться?!
— Извините, я просто очень не люблю этого типа.
— А для меня он был армейским другом, что ли?!
Убери то, что между нами. И поговорим немного.
— Я вам сказал, этот человек — псих! Не ведите себя с ним нормально.
— И тебе еще отчитываться?!
— Извините, я просто очень не люблю этого типа.
— А для меня он был армейским другом, что ли?!
— Послушай. Мы сейчас хорошо разговариваем. Ты спрашиваешь, а я отвечаю. Да, я знаю где он.
— Отлично. Я испугался, что беседа будет кровавой.
Ты в бедственном положении, понимаешь?
Что-то приходит и раздает тебе пощечины.
Я бы сказал, что мое предложение это удача. Я даю тебе возможность.
На дереве было яблоко. Ты бросил сорок камней, но не смог сбить его.
Смотри, я принес тебе яблоко.
— Кто-то мне позвонил. Вскипятил воду. Это был ты?
— Тебя это побеспокоило, не так ли? Если бы я был на твоем месте, меня бы это тоже побеспокоило. Потому что вероятность того, что ты меня любишь, очень низкая. Если бы я был рыбой, я бы тоже не любил рыбаков.
— Впереди находится лагерь данов под предводительством Аловласого. Поднять ветку! Выше, над головой!
— Что она означает, милорд?
— Что мы пришли с миром и хотим переговоров. И если это люди Аловласого, а так и есть, надеюсь... он будет готов выслушать меня.
— А если нет?
— Будете защищать меня своими жизнями. И веткой.
В любви и на войне одно и то же: крепость, ведущая переговоры, уже наполовину взята.
— Может, я тоже загляну? Поблагодарят, что я выманил Кнута.
— Тебе лучше остаться здесь.
— Не хочешь, чтобы я шел?
— Время неспокойное. Сейчас нам нужно договориться.
— Любители политики всегда так говорят. А потом просят моей помощи.
Некоторые женщины, заболев, становятся нежными. Через несколько дней вдруг начинают покрикивать с постели. О! Значит, выздоравливают!