Барри, скорбь — сложное чувство, существующее по своим правилам. Ей нельзя просто научиться.
Барри, поверь... нельзя убежать от скорби.
Флэш (The Flash)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Циско, было очень храбро встать между нами и защитить Цыганку. Я очень впечатлён.
— Чувак, я ВАС от неё защищаю. Она бы вас размазала.
— Каждый ребёнок мечтает быть супер-героем. Обладать силой. Спасать людей. Но ни один ребёнок не думает, каково это — быть героем и не спасать людей. Правда в том... не многое меняется. Тебе по-прежнему больно. Ты по-прежнему влюблён. Ты всё ещё надеешься и желаешь чего-то. И тебе всё ещё нужна помощь со всем этим. И в каком-то смысле это лучшая часть.
— Барри, бронированная машина только что угнала на Гриффин авеню. Тащи свой зад туда.
— Принято.
— ... Тебе не кажется, что с её приходом мы всё это как-то пропустили? Обошли столько хорошего..
— Милый, у нас всё это будет. Только немного в другом порядке.
— У меня вся жизнь не в порядке.
О, мне бы крылья! Ввысь взлетев, летел бы вдаль, людей забыв,
Сгорели б крылья — побежал, подальше, прочь — пока я жив!
О, я покинул бы сей мир, и, пусть не дан мне дар Исы, —
Мне вместо крыльев — пыл души и одиноких дум порыв.
Увы, союз с людьми — тщета: я, пленник тысячи скорбей,
Готов единожды спастись, тысячекратно жизнь сгубив!
От друга — тысячи обид, и сотни бедствий от врагов,
И — за себя жестокий стыд, и — гнев людской несправедлив.
Мне не смотреть бы на людей, а растворить бы чернь зрачков,
Всей чернотою тех чернил себя навеки очернив!
Для птицы сердца моего мал вещей птицы дальний путь:
Я тверд душою, как гора, и дух мой тверд и терпелив.
Я сталкивался с таким, что тебе и не снилось... и все ещё жив. И это не благодаря суперскорости. Просто я понял, что нужно продолжать учиться, тренироваться, становиться хитрее. И пока ты это не поймешь, даже с благими намерениями ты будешь приносить больше вреда, чем пользы.
Неужели ты думаешь, Виктор, что мне легче, чем тебе? Никто не любил свое дитя больше, чем я любил твоего брата (тут на глаза его навернулись слезы), но разве у нас нет долга перед живыми? Разве не должны мы сдерживаться, чтобы не усугублять их горя? Это вместе с тем и твой долг перед самим собой, ибо чрезмерная скорбь мешает самосовершенствованию и даже выполнению повседневных обязанностей, а без этого человек непригоден для жизни в обществе.
— Привет!
— Фелисити! Как ты сюда попала?
— Я буквально вошла сюда. У вас нет никакой защиты, никаких сигнализаций, даже замков на двери нет. Можно что-нибудь поставить? Хоть что-то одно?