Илья Словесник — Борода

Вот раньше мужики на Руси, часто бороды носили и усы,

А граф Лев Николаевич Толстой, тоже с длинною ходил бородой.

А не графами мы на том и стоим, а отличаемся от женщин одним,

Отличает мужика борода, украшает мужика борода.

Борода, борода,

Украшает мужика борода.

Другие цитаты по теме

Ротару как-то мне говорит: «Борода тебе, мой мальчик, вредит.

Я ей верю, выше крыши звезда, а мне нравится моя борода».

Обратился иностранец зимой: «Хэй, товарищ! Почему ты с бородой?

И я, объясняю ему, что когда у нас холода, то согревает в холода-то борода!»

Борода, борода,

Ох! Согревает в холода борода.

На макушке с волосами беда, пропадают сам не знаю, куда.

Eжели спросит, кто, мол, волосы где? Знаю, где! Да на бороде!

А вот иной раз про кого-то молва, что, мол, светлая его голова,

Осветляют голову-то года, но а с годами всё длинней борода.

Борода, борода,

Всё длиннее и длиннее борода...

Ударим автопробегом по бездорожью, разгильдяйству и бюрократизму!

Спокойствие, господа, спокойствие. Будем соблюдать приличия. Римская империя — это мы. Если мы потеряем лицо, империя потеряет голову. Сейчас не время паниковать! Для начала давайте позавтракаем. И империи сразу полегчает.

— Я вас ненавижу!

— Я тебя тоже!

— Чтоб вы сдохли!

— Как и ты!

— Можете убить меня прямо здесь!.. Пожалуйста, не убивайте меня.

— У вас есть имя, по которому я могу к вам обращаться?

— Да. Лейтенант.

Мне надо завести подругу на лето, пока я не стал одним из тех извращенцев, которые просто таращатся на женщин...

Я заведу себе подругу на это лето. Это будет летняя девушка, у нее будут волосы и летние друзья, которые знают, что такое быть на улице. Она будет играть в теннис, носить платья и ходить босоногой. А осенью я ее брошу, потому что она моя летняя девушка.

Если хочешь быть красивым, поступи в гусары.

Многим кажется, что крепостное право сугубо русское изобретение, ибо у нас тут, как известно, страна рабов, а в Европе, наоборот, царство свободы.

Дедушку Маркса никто не читал, а потому граждане не в курсе, на что способен честный европейский предприниматель ради хотя бы ста процентов прибыли. Ну, не говоря уже про триста.