На город в преддверии весны сходила чёрная зима.
Весна. Раскисшие дороги.
Чернеет снег. Мутнеет даль.
Мои привычные тревоги
Вернул оттаявший февраль.
Привычно сердце разболелось
И раздражает птичий гам.
И вдруг внезапно захотелось
На время очутиться там,
Где окружившие метели
К утру сугробы намели.
Где спят рождественские ели,
Склоняя ветви до земли.
Точный прогноз обещает: возможно, будет солнце и даже весна.
Но на душе отчего-то тревожно — может, просто я верить устал.
Ещё зима незримой ношей,
Ещё на сердце хмарь и мгла,
Ещё февральскою порошей
От взоров скрыты купола,
Ещё дыхание метели
Застыло в сумрачном лесу,
Но капли звонкие капели
Уже сверкают на весу.
Миг между светом и тенью!
День меж зимой и весной!
Весь подчиняюсь движенью
Песни, плывущей со мной.
Зима убивает жизнь на земле, но приходит весна, и всё живое родится вновь. Но трудно было поверить, глядя на пепелища недавно живого города, что и для него наступит когда-нибудь весна.
Что лето мне! Всё жалобы да пени.
Пусть летом жизнь и вправду хороша,
Печать зимы — на этом песнопенье.
По-зимнему болит моя душа.
Люблю, люблю, тоской себя круша,
По-прежнему люблю её одну.
Принес я в жертву ей мою весну,
Готов я на себя принять вину.
Нет, я любовь мою не прокляну.
И студёною зимой, и зелёною весной,
И с тобою и со мной — это яйца!
Ты проснёшься на рассвете, услышишь как смеются дети,
Лишь бы только бы были эти — это яйца!
Cлайд с цитатой