Дэвид Лазба

Другие цитаты по теме

Когда растения в контакте с природой, они прекрасны, но приходит время, и их срывают, бросают в магазины, ощупывают, обрезают и распродают — это донельзя вероломно по отношению ко всему земному естеству. Кто вообще положил начало этому варварству? Почему мы неумолимо рвемся разрушать все девственное и прекрасное?

Есть только два чувства к человеку, которые нередко приносят пользу – это любовь и безразличие.

Есть дерьмо, которому зад не надерёшь.

Невозможно держать в себе столько дерьма и не стать его частью.

С каких пор тот, кто говорит правду о человеке и в целом об этом мире, зовется мизантропом? Черт, да покажите мне хорошего человека, и у меня ни за что не повернется язык назвать его плохим или как-то осудить. Покажите мне океан, и я похвалю его. Дайте мне на руки ребенка, и я прижму его к груди, целуя в темечко. Покажите мне просящего, и я подам ему. А если покажете мне кучу навоза, то я моментально назову это дерьмом.

Бывало и я, находясь в компании приятелей, хохотал, кривлялся, косил под дурачка, смешил всех, и люди принимали меня таким, каким я им себя подавал, даже порой тянулись ко мне. Настоящего меня они бы никогда не перенесли.

Вы оба тупы и уродливы. Я бы за вас и дерьма не дал, чем вы, собственно, и являетесь.

Всю жизнь люди видят во мне какую-то неуловимую дурость, а я, в свою очередь, вижу насквозь их: добрые мотивы и злые, без разницы. Но им об этом никогда не говорю. Просто вижу и все. Однако люди каким-то чудесным образом ощущают это, и тут же, выпуская защитные шипы, восклицают: «Ха! Он думает, что видит всех насквозь! Вот идиот!», а внутри верещат: «как?»

Я откладывал на потом все, кроме любви. Ее я жаждал — сейчас, сию секунду! Хватался за эти летающие веревки, но они ускользали, обжигая мне ладони.