Ни фига се подземелье. Может, здесь тайное захоронение жертв репрессий?
Я тоже хочу новые кроссовки, красный галстук, саблю и барабан.
Ни фига се подземелье. Может, здесь тайное захоронение жертв репрессий?
— Пацан практически здоров.
— Может поздоровей кого найдём? Смотри, худенький, щёки ввалились, во лбу жилка синяя бьется.
— Зато резкий, как понос! Такому палец в рот не клади.
— Ничего другого в рот ему тоже не клади, от него можно ждать чего угодно. Нельзя терять момент, он после комы, пойдет, куда скажем.
— Пендальф, один он не дойдёт. Правда, у него приятель есть, ничё такой парнишка, а вот двое других просто олигофрены карликовые! А враг не дремлет!
— Нет мест, нет больше мест, хата не резиновая, даже в сарае койку не сдам!
— А если за баксы?!
Знаешь, в чем сила, брат? Сила в добре. А добро можно делать только с чистыми руками, холодной головой и горячим сердцем.
— Кто это такие?
— Это конные эссесовцы. Когда то были нормальными бюргерами. Саурон собрал из них зондеркоманду. Каждому дал коня, саблю, бурку и патроны — бесконечные патроны! А потом пустил беспредельничать. Теперь они себя зовут назгулами — полные отморозки! Никаких понятий. Деньги отбирают, кольца, сережки, даже зубные коронки выдирают начисто!