Будет вам и белка, будет и свисток.
Веселый жених у твоей невесты!
Будет вам и белка, будет и свисток.
— А не желаешь ли ты, Мальчиш, к нам, в буржуинство, записаться?
— В буржуинство?
— Будешь лопать, Плохиш, всё, что захочешь! Халву — пачками, варенье — банками, шоколад — плитками, печенье — коробками.
— Стойте, я сейчас! Я только штаны подтяну...
— Эй, друг, открой! Я тут с девушкой.
— Я тут тоже с девушкой!
— Неправда, я видел, как ты зашел туда с Моникой.
— Перед тем, как я за тебя впишусь... ты ведь никого не убил?
— Да, все живы. Правда, больница не в лучшем состоянии.
— Хорошо. Расскажи, что там с окнами.
— Пара сослуживцев заглянула на мой день рождения. Попробовали спустить меня на верёвке по стене. Не получилось.
— У тебя день рождения?
— Нет. Я же пробирочный, помнишь? Но мы всё равно сфотографировались на память у памятника кроганам.
— На Президиуме?
— Ага. СБЦ озверели, пока добрались до нас. Может, потому что у них машина загорелась. Не помню.
— Почему у них машина загорелась?
— Я в неё запулил бутылкой ринкола. Крепкая штука, вспыхнула тут же.
— ...
— Ребята из СБЦ выпрыгнули сразу. Понял, что машина им не нужна, и забрал. Они её быстро отключили, так что далеко нам уйти не удалось. Разбились вон там. Они нас залили парализующей пеной. Против меня пена не сработала.
— Это почему?
— Потому что я горел. Я ведь в горящую машину сел, если помнишь. Да ладно, Шепард, не тормози!
— Прости. Так как они тебя поймали?
— Проголодался, купил себе лапши.
— Ну, так как тебе пришлась лапша?
— Немного островата.
— Генри, познакомься, это Дэвид и Мэри Маргарет.
— Вы помогаете маме с расследованием? [шепотом:] Или они сбежали из под залога?
— Нет. Это... Мы знакомы сто лет.
— А где познакомились?
— В Фениксе.
— Здесь.
— Да, в Фениксе. Теперь — мы здесь.
— Я думал, ты жила в Фениксе только в то время? [имеет в виду тюрьму в штате Феникс]
— Да, мы сидели вместе.
— Правда? А вы-то за что?
— Бандитизм. Всякий может оступиться. И главное, вовремя свернуть с кривой дорожки.
— Думаю, мне стоило взять их всех в настоящий поход в стиле Беара Гриллза. Научить выживанию любой ценой в дикой природе.
— Зачем это им?
— А если «Голодные Игры» станут реальностью?
— Посмотрим, как ты посмеешься, когда Йинь убьет одного из твоих детей стрелой!
— Безобразия, — вставил Джефри, — начались, когда дядя Катберт сдуру пустил под нож «Самоучитель бальных танцев» Уилки и напечатал вместо него «Определитель съедобных грибов» Фашоды.
— Да, с Фашодой — это он зря, — согласился мистер Тэйт. — На вскрытиях нас всё время поминали недобрым словом.