Оглянись, наш мир краше всех.
Он создан нами, раскрашен в цвет.
Оглянись, наш мир краше всех.
Он создан нами, раскрашен в цвет.
Цвет у мира – серо-голубой. Негасимые сумерки красоты. Вечный неуют северного очарования.
И начинай уже думать как взрослая умная женщина. Чёрное — белое, хорошо — плохо... Девочка, мир цветной.
... люди на собственном опыте поняли, что за эксплуатацию приходится дорого платить, причем цена все растет и растет. Для того чтобы мир образумился, ему иногда требуется шок, так же как отдельно взятому человеку.
Существует только два образа жизни. Жить и осознавать, как мало ты значишь для остального мира, или как мало значит весь мир для одного тебя — иного не дано. Либо позволь своей значимости стать частью мира, либо забудь о значимости мира и живи в своё удовольствие.
— Он хотел стать единоличным правителем светлых земель.
— А почему такой слабый размах? Почему сразу не весь мир?
— Зачем? Мир мало захватить. Нужно еще и удержать власть. Правление землями всех Советников и так будет сложным.
— Тебе нужно понять все.
— Что понять-то?
— Что даже самая тяжелая жизнь – это дар. Что любовь бесценна и редка. И что каждое доброе дело засчитывается. И что даже один человек может изменить мир, если пожелает этого всем сердцем, поверит в себя и в людей, которые в него верят.
На том поле под паром, где он обнаружил последнюю остановку сестры, он сидел с прогнившей головой Сюзанны в руках, пока ветер уносил обрывки странички прочь, и чувствовал себя так, будто её смерть втолкнула его в новый мир — кошмарное место, где никому нельзя доверять, а земля в любой миг может поглотить и тебя, и твои мечты. А если не земля, до тебя доберутся койоты или придёт с ножом Папа и снимет с твоей души грех, а с твоего черепа — скальп.
Мир опасен не потому, что некоторые люди творят зло, но потому, что некоторые видят это и ничего не делают.