Если вы хоть чуть-чуть разбираетесь в сказках, вы знаете, что герой не появляется до тех пор, пока не станет ясно, что миру без него не обойтись.
Судьба, конечно, странная вещь. Мы часто рвемся навстречу ей, не понимая, что встреча уже состоялась.
Если вы хоть чуть-чуть разбираетесь в сказках, вы знаете, что герой не появляется до тех пор, пока не станет ясно, что миру без него не обойтись.
Судьба, конечно, странная вещь. Мы часто рвемся навстречу ей, не понимая, что встреча уже состоялась.
Боль — странная штука. То, что одного человека может здорово разозлить, другого заставит горевать.
Мама часто читала нам перед сном разные сказки. Они так успокаивали. Там были хорошие герои, плохие. И строго определённые правила. Всё было понятно. Не так, как в жизни.
Иногда мечты сбываются легко и быстро, нужно просто убедить себя, что это и есть твоя мечта.
— ... Может, мы были бы счастливы до бесконечности.
— Такой сказки в жизни не бывает. Ее рассказывают, чтобы уложить детей. Каждый становится либо героем своей сказки, либо злодеем.
— А я кто? Мне нужно сделать выбор?
— Проживешь. И конец своей истории узнаешь в конце.
Помните, мы говорили, что не бывает чувства сильнее чем горя? Это не так. На самом деле главное уметь прощать, потому что прощение может изменить все.
— И все же, знай мы заранее, куда угодим, мы бы тут сейчас не сидели. Так, наверное, часто бывает. Взять все эти великие дела, господин Фродо, о которых говорится в старых песнях и сказках, ну, приключения, так я их называю. Я всегда думал, что знаменитые герои и прочие храбрецы просто ехали себе и смотрели – нет ли какого приключеньица? Они ведь были необыкновенные, а жизнь, признаться, зачастую скучновата. Вот они и пускались в путь – просто так, чтобы кровь разогнать. Но я перебрал все легенды и понял, что в тех, которые самые лучшие, ну, которые по-настоящему западают в душу, дела обстоят не так. Героев забрасывали в приключение, не спросившись у них самих, – так уж лежал их путь, если говорить вашими словами. Думаю, правда, им представлялось сколько угодно случаев махнуть на все рукой и податься домой, как и нам с вами, но никто на попятный не шел. А если кто-нибудь и пошел, мы про это никогда не узнаем, потому что про него забыли. Рассказывают только про тех, кто шел себе все вперед и вперед... Хотя, надо заметить, не все они кончили счастливо. По крайней мере, те, кто внутри легенды, и те, кто снаружи, могут еще поспорить, считать тот или иной конец счастливым или нет. Взять, например, старого господина Бильбо. Возвращаешься домой, дома все вроде бы хорошо – а в то же время все переменилось, все уже не то, понимаете? Но лучше всего, конечно, попадать в истории именно с таким концом, как у господина Бильбо, хотя они, может быть, и не самые интересные. Хотел бы я знать, в какую попали мы с вами?
– Да уж, – сказал Фродо. – Но я этого не знаю. В настоящих историях так, наверное, всегда и бывает. Вспомни какую-нибудь из твоих заветных! Тебе, может, сразу известно, хорошо или плохо она кончится, да и смекнуть по ходу дела недолго, а герои того ведать не ведают. И тебе вовсе не хочется, чтобы они прознали!