А тут является эта девица со своими заявочками, и при этом она не больше похожа на средней руки медиума, чем сводка новостей на описание оргазма.
Удивительный человек: чуткий, как скрипка, осторожный, как кошка.
А тут является эта девица со своими заявочками, и при этом она не больше похожа на средней руки медиума, чем сводка новостей на описание оргазма.
Неверие Бикса Константина в ад было так же несокрушимо, как и неверие в рай. Тем не менее он довольно четко представлял, чем первое отличается от второго. По мнению Бикса, ад был обителью ревности и зависти. Он был битком набит журналистами, ненавидящими своих более удачливых коллег, а также заядлыми игроками, терявшими рассудок, когда соседний автомат обрушивался каскадом сорванного джекпота, и, конечно же, сексуально озабоченными юнцами, завидовавшими красавчикам с обложек женских журналов.
С Сатаной? Ну конечно, это он. Феба отвинтила флягу и сделала основательный глоток. Чудодейственная жидкость придала ей сил, словно заполнила защитный ров вокруг сердца. А сейчас благоразумная девушка слезла бы с этого рогатого коня и дала бы деру, подумала она и глубже всадила в стремена ботинки: ни одной благоразумной девушке не доводилось морочить голову чёрту.
Мы плачем водами древнего океана, — говаривал Говард Либерман и пояснял: — Мощное доказательство биологической эволюции.
Ох уж эта морская болезнь! Мерзкое ощущение — словно тысячи муравьев хулиганят в желудке, расписывая его стенки непристойными надписями.
Ты не можешь понять, что тебе в действительности нужно, пока это не явится тебе в жизни.
Но бывают такие минуты, когда только Bacardi, это чудодейственное зелье, делает окружающий мир пригодным для жизни.
— Знаешь, ответ довольно прост. — В сумраке ночи светились лишь два красных глаза.
— Правда? Так объясните, почему Бог допускает Зло?
Теперь даже глаза исчезли, остались лишь фонарь и непроглядная ночь.
— Да потому, что власть развращает, — прозвучал бестелесный голос Вайверна. — А абсолютная власть развращает абсолютно.
— Вселенная, — вещает Вайверн, — это докторская диссертация, которую Бог так и не сумел защитить.