Иногда с трудом удаётся поверить в своё собственное существование, принять себя всерьёз.
То, что уникально, ускользает от всякого понимания.
Иногда с трудом удаётся поверить в своё собственное существование, принять себя всерьёз.
Искушение подобно молнии, на мгновение уничтожающей все образы и звуки, чтобы оставить вас во тьме и безмолвии перед единственным объектом, чей блеск и неподвижность заставляют оцепенеть.
Всё, что мы видим — существует. Мы это видим. Я вижу мамины глаза, но не вижу свои. Ребёночек видит свои руки, но не может увидеть себя. Так есть ли он на самом деле? Существую ли я?
Мир — не Майя, не иллюзия в восточном понимании. Просто то, что мы видим как мир, есть продукт ошибки чувств. Если бы мы могли воспринять его иначе, не через посредство физических чувств, нам бы открылся совершенно иной мир, мир на более высоком уровне, мир как Б-жественная речь.
Человек, все более и более угнетенный аномальными условиями своего существования — каждому по разу, одна жизнь в одни руки, — не может не задумываться о скуке смерти.