Есть женщины, чья красота по форме классически безукоризненна, но не они привлекают мужчин... То же самое верно и в поэзии.
Не спят разбитые сердца, грустят мятущиеся души,
Не сбывшейся мечты тускнеющий мираж все реже в сладких снах кружит.
И жизнь в тоске течет, проходит мимо счастья стороною,
И спорить не хватает сил уже у женщин с одиночества судьбою.
Горит огня моей любви бушующее пламя,
Но ей не растопить твой лед души и сердца камень.
Тебе признаться в своих чувствах я хотел не раз,
Но гордость не желает выслушать отказ.
Любовь — театр для двоих, ее не выставляют на огласку.
Любовь боится зрителей, актеры там не носят маску.
Любовь на зрелища робка, она хрупка, чувствительна, ранима...
Пусть те, кто потревожил невзначай ее, взор отведя, проходят мимо.
Для каждого из нас судьбой отмерен век.
И в неизбежный день и час, в фатально предрешённое мгновенье
Возникнет на пороге чёрный человек,
Посланник смерти строгий, вестник провиденья,
Чтобы напомнить, что к концу подходит краткой жизни бег,
И реквием закажет написать без промедленья...
За красоту твою, за глаз твоих лучистых взгляд,
Отдать я жизнь свою без сожаленья буду рад!
Венец творенья — человек, подобье Божье, чуждое изъяну,
А Дарвин как-то в зеркало взглянул, и в нём увидел обезьяну.
Пускай ты трижды отречешься от меня,
Пускай анафеме предашь меня прилюдно,
Я не хочу дожить до отрезвленья дня,
Когда забуду яд твоих фантазий чудных.
Любовная поэзия должна следовать пути любви — кратчайшему, по прямой линии: от сердца к сердцу.
Cлайд с цитатой