Она не понимает, что голова Крестителя на золотом блюде — это трагедия. Но та же голова на разбитой тарелке рядом с огрызком огурца и хвостом селёдки — сущий вздор.
Я убийца. Я убил пять человек. Жизнь моя немедля прекратилась, но тем не менее я жив. Я хожу, дышу, мне хочется есть. На куфаркином празднике я пожелал остаться в стороне, но она вложила мне в руки наган: убей, или будешь сам убит. Теперь она моя госпожа. Теперь куфарка жрет мои трюфели, пьет мое бордо и рвет мои книги. Она берет свою кровавую гармонику: пляши, Кока, пляши под мой чумовой, мой бешеный наигрыш, иначе будешь сечен и бит на конюшне. И Кока пляшет…
Cлайд с цитатой