Юрий Поляков. Козлёнок в молоке

Другие цитаты по теме

Представь себе: несчастная писательница чудом, благодаря собственному таланту и усилиям издателя, становится успешной и счастливой. И не может закончить свой последний роман о несчастьях!

— Когда ты поговоришь с женой?  — спросила она в тот момент, когда любовь уже кончилась, а сон ещё не наступил.

—  Кто — я?  — отозвался Башмаков так, точно Нина обратилась одновременно к пяти любовникам, лежащим с ней в постели.

Мадам, можно не любить своего мужа. Но не любить свою машину...

Когда я объявила дома, что я писательница, мама ответила: «Ты бы лучше приходила к обеду вовремя и причесалась как следует», а отец расхохотался.

Раскрыт секрет плодотворного творчества Дарьи Донцовой. Причина не в писательском таланте, а в редком заболевании правой руки.

— Ну что ты, Зайчуган! Ты единственный, с кем мне по-настоящему хорошо! Единственный...

На мужчину слово «единственный» оказывает такое же воздействие, как на братца Иванушку вода, испитая из копытца.

Лучше завещать, чтобы тебе соорудили надгробье из дерьма, нежели оставить потомкам свои дневники!

— Прекратите немедленно этот ваш бытовой тоталитаризм! Валентина Валентиновна, вот из-за таких нас в Европу не берут...

— Придется взять Европу к себе.

До сих пор, из поколения в поколение, передаётся знаменитый ляп в «Сухумской правде». На первой полосе шёл официоз «Визит Анастаса Ивановича Микояна в солнечную Абхазию», а на четвёртой — репортаж «Пополнение в Сухумском обезьяньем питомнике». Фотографии к текстам, как на грех, оказались одинакового формата. Верстальщик попутал цинковые квадратики: и на первой полосе очутился снимок мартышки, прибывшей из дружественной Индии, а на четвёртой усатая физиономия легендарного члена Политбюро, про которого шутили: «От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича». И что? Ничего. Микоян позвонил агонизирующему главному редактору и, смеясь, попросил: «Слушай, пошли мне десяток газеток, друзьям подарю. Пусть посмеются!»

— Будем лечиться. К стене! (Передёргивает пистолет.) С кого начнём?

— Начните, если можно, с себя.

— Остроумный! Еврей, наверное?

— А я так хотел поставить «Гамлета».

— Поставишь. На том свете много хороших актеров.