— Что это с ним?
— Да у него рука разболелась с утра. Я ему таблеточку дала.
— Какую таблеточку?
— У меня одни таблеточки. За которые срок дают. Извините, анальгина не было.
— Что это с ним?
— Да у него рука разболелась с утра. Я ему таблеточку дала.
— Какую таблеточку?
— У меня одни таблеточки. За которые срок дают. Извините, анальгина не было.
Раз уж дышишь, то заглотить можешь. А раз глотаешь, почему бы не уколоться? На меня иглы нагоняли страх, но я согласился.
Забавно, да? ДиЭмТи прет всего шесть минут... Но эти минуты кажутся вечностью! По химическому составу — то же самое, что выделяет мозг в момент смерти. Так что получается... что смерть — это типа твой самый крутой трип, сечешь?
– Американцы принимают наркотики, – говорит Агент Краснобай, – потому что не знают, как распорядиться своим досугом.
Вот они и глотают перкодан, викодин, оксиконтин.
— Завяжи с опиумом, это он вызывает видения. Просто выброси его, пока он есть — это искушение. Сколько у тебя осталось?
— Семь тонн.
— Семь тонн!?
— Да. Большой запас, правда Ада?
Ты вкусил гашиша, и слетела крыша,
И вот уж виден твой больной чердак.
Окна запотели, стены побелели,
И разум развалился от атак.
Я ослабил жгут, и он выжал пипетку мне в вену. Кокс зацепил голову, приятное перенапряжение в мозге, пока морфий распространяется волнами релаксации по всему телу.
– Нормально получилось? – спросил, улыбаясь, Айк.
– Если Господь и придумал что-нибудь получше, то наверняка заначил это для себя.
— Я не наркоман, а потребитель. Это помогает бороться со скукой и активизирует работу мозга.
— Это же убивает! Ты в курсе, Шерлок?
— Контролируемое употребление не фатально, а воздержание не несет бессмертие.
Раньше я принимал наркотики. Я и сейчас их принимаю. Но и раньше я их тоже принимал.
Люди принимают наркотики, потому что жизнь невыносимо скучна, всем всё надоело, почти нет великих идей, которые стоило бы защищать, и нам не хватает азарта.