В Америке, если уж ты разбогател, надо быть гением или патологически алчным, чтобы вновь вернуться к нищете.
После всех встреч остаются раны.
В Америке, если уж ты разбогател, надо быть гением или патологически алчным, чтобы вновь вернуться к нищете.
Америка — страна, которая любит примитивную ясность во всех своих делах и идеях.
Быть богатым лучше, чем быть бедным. И человек, вместо того чтобы терять время на обдумывание причин, которые породили бедность, и уничтожить эти причины, старается всеми возможными способами добыть миллион.
Люди ненавидят изобилие. Они хотят жить в нищете. В любой нищете. Финансовой, духовной, но в нищете, когда у тебя нет выборов, а есть что-то ОДНО, чтобы тебе не пришлось, не дай бог, думать.
То есть если идеал красоты, то он — ОДИН. И посмотрите на человеческую историю. Если идти по разным временам, мы видим, что действительно из каждого времени можно вытащить один стандарт красоты. Почему? Потому что кто-то пришел злой и насадил стандарт красоты? Нет. Потому что люди ненавидят роскошь и изобилие. Потому что роскошь и изобилие — требовательны. Они заставляют тебя думать и проживать.
Деньгами не заслужишь прощения, но они помогают в конечном счёте залечивать старые раны.
Меня можно назвать воплощением американской мечты. Моя биография — это просто её конспект, в котором написано: ты можешь прийти откуда угодно, делать в этой стране что угодно и ты станешь богат. И это огромная разница между страной, в которой я выросла, и страной, в которой живу сейчас. В сегодняшней Америке мечты не сбываются.
Если бы богатые могли нанимать нищих умирать за них, — нищие хорошо бы зарабатывали.
Но стоит на горизонте появиться девчонке, и парни точно с цепи срываются, даже лучшие из них жертвуют всем: домом, родителями, карьерой...
Сегодня я живу надеждой и презираю их богатство, которое кажется мне глубочайшей нищетой; завтра, быть может, меня постигнет разочарование, и я буду считать эту нищету величайшим счастьем.