Смотреть на результат, не разбираясь в причинах — это неправильный образ мышления.
0.00
Все пути мысли более или менее ощутимым образом загадочно ведут через язык.
Императрица Ки (Empress Ki / Ki Hwanghoo)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойВидите ли, мой разум не так работает: у меня есть реальная идиотская фигня, которой я пользуюсь, называется «мышление».
Опасно мало знать; о том не забывая, кастальскою струей налей бокал до края.
От одного глотка ты опьянеешь разом, но пей до дна и вновь обрящешь светлый разум.
Стоит поменять свою философию — изменится и образ мышления. Стоит поменять образ мышления — изменятся и взгляды. Когда изменятся взгляды, изменится и образ поведения, и ты начнёшь действовать.
В теле у нас застревают наши зажимы, которые нам потом мешают решать наши проблемы. Почему? Оказывается, у каждого чувства есть своя поза. И если поза какая-то определенная, мы не можем испытывать и даже думать по-другому, если мы находимся в этой позе. Т. е. происходит очень интересный момент: идёт застревание в отрицательных эмоциях.
Момент в чём: если меня начальник вызвал с утречка на «секс-минутку», у меня какие чувства? У меня поза какая после этого? И в этой позе я могу о чём-нибудь ещё подумать? И я хожу дожевываю эту ситуацию. Это называется «лестничная логика»: когда мы уже вышли из кабинета и потом — «нет, надо было ему сказать вот это, а если бы вот это...»
Каждая поза фиксирует определенные какие-то чувства и переживания.
Делаем сейчас все мою команду: встаём, носочки вместе, пятки врозь, такие обиженные, руки в замок и смотрим на ноги, чуть-чуть наклонились и говорим: «Я счастлива!» Чувствуете? А теперь пяточки вместе, носочки врозь, руки к потолку подняли и сказали «У меня депрессия!»
Мышление является принципиально не-предметной формой жизни, так как появляется в результате усложнения природы человека, которое произошло с появлением феномена Я, или, как любят говорить философы, разума, способности к намеренному формированию намерения. То есть особенность современного человека, по сравнению с первобытным и магическим, заключается в его способности, а, следовательно, необходимости, определять то намерение, которое будет формировать его жизнь.
Самое сложное — это сказать о простом. Наши мысли, чувства — привычны словам. Мы сами привычны словам, мы разбавлены ими до коктейля вечного внутреннего монолога. Мы создали слово, а слово переделало нас по собственной выкройке. И любой самородок мысли уже таит в себе прообраз грядущего слитка формулировки.
Мы отвыкаем думать — отвыкаем думать по-настоящему, с ассоциациями и параллелями, с выбором вариантов решения. Время не терпит неспешности. Мы перестали строить мысль из простых материалов, исходных, как глина, камень, дерево. Стены наших умозаключений поднимаются быстрее крупнопанельного дома, электросварка ведет грубый и ненадежный шов.