Общественную нравственность формируют не организации, а частные лица.
Бытие определяет общественное сознание: в сытые эпохи говорят: «почему?», а в голодные — «зачем?»
Общественную нравственность формируют не организации, а частные лица.
Бытие определяет общественное сознание: в сытые эпохи говорят: «почему?», а в голодные — «зачем?»
Мой внутренний мир похож на карстовую пещеру, где сталагмиты — мои мысли об обществе, сталактиты — его обо мне.
Бичуя пороки человека и общества, не следует стремиться к максимальной громкости хлопка.
Две основные фазы развития человеческого общества суть торжество стаи шакалов, сбежавшихся на падаль власти, и последующее народное горе по причине несварения желудка.
Истина не только призывает человека на свои поиски, но и организует его усилия в этом направлении.
— Как отличить истинное чувство собственной значимости от ложного? — спросили ученики Ходжу Насреддина.
— Представьте себе караван верблюдов, идущий по пустыне, — предложил Насреддин. — Кем вы себя ощущаете?
— Первым верблюдом! — воскликнул один из учеников.
— Хвостом последнего, — сказал другой.
— Безжалостным солнцем, — молвил третий.
— Погонщиком, — проговорил четвертый.
— Барханом, — предположил пятый.
— Аллахом, сотворившим пустыню и караван, — вымолвил шестой.
— Я есть я, — заявил седьмой ученик, — и при чем тут верблюды?!
— Как можно бороться с ленью? — спросил ученик Ходжу Насреддина.
— Иногда помогает сила воображения, — ответил Ходжа. — Вот, например, ты лежишь, не в силах встать с кровати. Представь, что океан мирового «я» выходит из берегов и заливает пол твоей комнаты. К тому времени, как вода достигнет твоего носа, ты или встанешь, или захлебнешься, или просветлишься.