Аппетит уходит во время еды.
Близкое соседство ада делает жизнь в раю тоже не очень-то приятной.
Аппетит уходит во время еды.
Утром я ничего не мог есть. Только выпил две чашки чаю с хлебом и маслом, с картошкой и сосиской. Потом пошел в школу.
В этом зрелище так же мало эротики, как в серийном производстве пылесосов или арифмометров.
За полтора месяца жизни в Штатах нам так надоела американская кухня, что мы согласны были принимать внутрь любые еды – итальянские, китайские, еврейские, лишь бы не «брекфест намбр ту» или «динер намбр уан», лишь бы не эту нумерованную, стандартизованную и централизованную пищу. Вообще если можно говорить о дурном вкусе в еде, то американская кухня, безусловно, является выражением дурного, вздорного и эксцентрического вкуса, вызвавшего на свет такие ублюдки, как сладкие соленые огурцы, бэкон, зажаренный до крепости фанеры, или ослепляющий белизной и совершенно безвкусный (нет, имеющий вкус ваты!) хлеб.
Еда — это то, чем богач всегда может поделиться с бедняком, а аппетит — это то, чем бедняк всегда может поделиться с богачом.
Это чрезвычайно типично для каждого, хотя бы немного мыслящего голливудца. Они презирают свою работу, великолепно понимая, что играют всякую чушь и дрянь. Один кинематографист, показывая нам студию, в которой он служит, буквально издевался над всеми съемками. Умные люди в Голливуде, а их там совсем немало, просто воют от того попирания искусства, которое происходит здесь ежедневно и ежечасно. Но им некуда деваться, некуда уйти. Проклинают свою работу сценаристы, режиссеры, актеры, даже техники. Лишь хозяева Голливуда остаются в хорошем расположении духа. Им важно не искусство, им важна касса.
— Почему в стремлении изменить свою жизнь люди садятся на диету?
— Когда ешь лучше, тебе и становится лучше...
— Да! Когда я принимаю много сахара, кофеина и алкоголя, мне вообще «зашибись!»
— Кексы, «Ред Булл» и мартини...
— Зачем так выделываться? Но на кофе и виски я согласна всегда!
Вам не кажется вообще, что мир стал чересчур интересоваться едой? Она ведь скоро выходит вон с другого конца. Её не сбережешь не накопишь. Не то что деньги.