Если не смеяться над двадцатым веком, то надо застрелиться. Но долго смеяться над ним нельзя. Скорее взвоешь от горя.
Многим людям, носящим траур, уважение к их горю важнее, чем само горе.
Если не смеяться над двадцатым веком, то надо застрелиться. Но долго смеяться над ним нельзя. Скорее взвоешь от горя.
Именно здесь можно было понять, что смогло и чего не смогло достичь человечество в течение тысячелетий: оно создало бессмертные произведения искусства, но не сумело дать каждому из своих собратьев хотя бы вдоволь хлеба.
Не то чтобы он разбирался в красоте или культуре человека, но он умел верно определить его сущность.
Небесный мир, святая ночь,
Пролей над сей душой
Паломнику терпеть невмочь
— Подай ему покой
Луна сияет там вдали,
И звезды огоньки зажгли,
Они едва не увлекли
Меня вслед за собой.
— А теперь вот что: вы, случайно не знаете, кто изобрел телефон?
Он удивился моему вопросу и отрицательно покачал головой.
— И я не знаю, — сказал я, — но, вероятно, это был замечательный парень...