Смерть — это зачернённая сторона зеркала, без которой мы бы ничего не увидели.
Когда перестаёшь расти, начинаешь умирать.
Смерть — это зачернённая сторона зеркала, без которой мы бы ничего не увидели.
Санса сидела, сложив на коленях руки, и наблюдала за происходящим со странным интересом. Она ещё не видела смерти. Санса подумала, что ей следовало бы заплакать, но слёзы не шли. Наверное, она израсходовала весь свой запас на Леди и Брана. Конечно, будь это Джори, сир Родрик или отец, она отреагировала бы иначе, сказала она себе. Молодой рыцарь в синем плаще ничего не значил для неё, так, какой-то незнакомец из Долины Аррен, чьё имя она забыла сразу, как только услыхала его. Мир тоже забудет его, поняла Санса. Песен о нём не споют.
Над смертью тоже надо смеяться. Особенно в моём возрасте. Я чувствую запах этой паскуды за каждой дверью, ощущаю её дыхание на подушке, когда выключаю свет. Над смертью тоже надо смеяться.
Смерть есть только один шаг в нашем непрерывном развитии. Таким же шагом было и наше рождение, с той лишь разницей, что рождение есть смерть для одной формы бытия, смерть есть рождение в другую форму бытия.
... кроме того, когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.
— Если меня убьют, то можешь взять мои кольца.
— А разве не я их тебе дал?
— И не надо благодарностей!
Кто-то когда-то сказал, что смерть — не величайшая потеря в жизни. Величайшая потеря — это то, что умирает в нас, когда мы живем...
Голос живой вдруг оборвётся
Порванной струной,
Эхом в сердцах гром отзовётся
Шаг последний твой...