Мы приходим к удивительному парадоксу вот какого рода: система по определению есть то, что на части не делится.
Если я разделил систему на две, значит, у меня две системы. Зачем мне говорить, что у меня одна система? Если я говорю «система», то это и есть фактически обозначение того, что оно, это целое, не может быть разделено на части.
Мне однажды пришлось беседовать с известным кинорежиссером, резким в своих формулировках, и он мне выдал формулу, которой я сейчас люблю пользоваться. Он сказал так: попытка простого решения сложных проблем — это и есть то, что мы называем фашизмом.
Люди не меняются. Они создают системы, давят на людей, или люди давят на них же. И делают других козлами отпущения, потому что боятся быть угнетенными.
Факт, что американцы, возможно, так и будут сознательно игнорировать большой красно-бело-синий член, который запихивают им в задницы каждый день. Потому что хозяева этой страны знают правду. Это называется американская мечта, потому что тебе надо спать, чтобы поверить в неё.
— Система должна погибнуть.
— А почему?
— Потому что всякая система должна погибнуть. Лучшая система — это отсутствие системы.
Как же приятно наблюдать за суетливой системой, осознавать, что ты не являешься её частью и жить так, как ты хочешь.
В обществе полно гиен и стервятников. Не ожидайте многого от больших животных. Но ждите от них недопонимания, отказов, клеветы и болезненной жажды власти. Я не призываю вас стать великими героями, не хочу, чтобы ваши дела были занесены в анналы истории, а призываю стать маленькими ласточками, летающими над обществом, любящими неизвестных им людей и творящими для них то, что в их силах. Гордитесь своими крыльями. Гордитесь делами незначительными, но имеющими великое значение, а также и своим невысоким положением, позволяющим совершать возвышенные поступки.
Cлайд с цитатой