Зудеть и сплетничать — антропологическая неизбежность всех женщин.
— Что насчёт жертвы?
— Всё очевидно. Он замерз, восходя на Эверест, в него попал метеорит и сбросил на стоянку в двух мусорных мешках.
— Да, очевидно, конечно.
— Это лишь начало.
— Какие-то световые точки на потолке?
— В третий раз: это разряды нейронов в глазном нерве от реакции на противогрибковую вакцину.
— Хи-хи-хи... Красиво!
Ни одна женщина, даже бейся она в трех истериках сразу, не устоит перед возможностью посплетничать.
― Я не хочу быть ученой-красоткой.
― Это как, если бы я кричал: «Не хочу быть сексапильным агентом». Мы не можем изменить свою натуру.
— Как ты себя чувствуешь?
— Как будто меня отравила отрезанная голова, полная гипсовой пыли.
— Ты арестовал кого-то действительно маленького? Я про заднее сидение.
— Я брал сына на выходные.
— Как ты это делаешь?
— Прицепил кресло в машину ФБР?
— Создал ребенка, столько зная про этот мир. Паркер появился случайно, да? Ведь его мать не вышла за тебя.
— Ты никогда не думала, что это очень личная тема?
— Ну, ты можешь сочинить какую-нибудь.
— Для Паркера лучше быть в этом мире. Однажды ты это поймёшь.
— Не пойму.
— Ты передумаешь.
— Не передумаю.
— Он необъективен. Мне пришлось ему это сказать.
— Дорогая, ты слишком прямолинейна.
— Но ты же не обижаешься на прямолинейность.
— Мужчины не такие, как мы. Они ранимее, мнительнее. Но считают более хрупкими нас, и в этом наше превосходство.
— Сердце кровью обливается.
— Ты говорила, что сердце не обливается кровью, а наполняется ею.
Cлайд с цитатой