— Товарищи! С января следующего года на улицах Москвы и двадцати пяти крупных городов России появится 800 плакатов о работе милиции! И это только начало. Рекламный щит — это начало. На очереди рекламный меч!
— А ты ещё им предложи установить памятник неизвестному гаишнику, который не брал взятки! «Имя твоё неизвестно, но имя твоё непонятно».
— Ура, товарищи! Всё больше прав предоставляется труженикам свистка и жезла! Скоро вступит в силу закон, позволяющий инспекторам ГАИ снимать с машин не только номера, но и зеркала, магнитолы, дворники, колёса, а также...
— Ага, и шапки с пешеходов! Скоро только за один свой номер можно будет быть спокойным.
— За какой?
— За тот, который когда-нибудь к ноге привесят.
— Товарищ! Сейчас главная задача учёных — чтобы список полезных продуктов уложился в размер зарплаты бюджетника или пенсии стариков! А вам бы всё есть и есть... Не стыдно, товарищ? Берите пример с политиков! Они за своим здоровьем очень даже следят.
— Ага, лучше бы они хоть чуть-чуть за нашим следили! А то такое ощущение у меня, что государство нас не кормит, а откармливает!
— Ну а что делать, если из всех приёмов борьбы с преступностью наша милиция в совершенстве владеет только одним?
— Каким?
— Каким? Проверкой паспорта!
— Да с таким имиджем мы хоть куда! Хоть в мировое демократическое общество, хоть в объединённую Европу!
— Вот придумал: «Если хочешь ты в Европу — эксгумируй дядю Стёпу».
— Ведь, как известно, половина преступлений в Москве совершается приезжими преступниками.
— А вторая половина нарушений прав человека осуществляется местными силовиками!
— Да с таким имиджем мы хоть куда! Хоть в мировое демократическое общество, хоть в объединённую Европу!
— Вот придумал: «Если хочешь ты в Европу — эксгумируй дядю Стёпу».
Выделять деньги на борьбу с коррупцией — это то же самое, что выделять водку на борьбу с пьянством.
— Вам помочь?
— Да, я работаю в министерстве юстиции...
— Министерство юстиции? А у вас есть документ? Значок?
В ответ протягивает стодолларовую бумажку.
— Это министерство финансов, но годится.
... представители новой власти, часто назначенные им же люди, многие из которых были к нему [Ельцину Б. Н.] близки, стали превышать свои полномочия. Кроме того, они не смогли устоять перед вечным российским соблазном и начали энергично набивать свои карманы. Коррупция новой власти стала принимать невероятные размеры. Когда Гайдара спросили в феврале, что ему больше всего мешает, он не задумываясь ответил: «Коррупция в аппарате управления». Причем центральная и провинциальная бюрократия словно соревновались в поисках средств личного обогащения.
Cлайд с цитатой