Пресвятой Властелин колец!
— Он в Мэне. Поехали.
— Стоп! После последнего перемещения я целую неделю на горшок не садился!
Пресвятой Властелин колец!
— Он в Мэне. Поехали.
— Стоп! После последнего перемещения я целую неделю на горшок не садился!
— Откуда мне знать, как он выглядел? Он схватил меня сзади и шваркнул об дерево!
— Я все понимаю, Гас — вы на взводе... тут любой бы занервничал... но, может быть, это все-таки был медведь?...
— Я знаю, как выглядит долбаный медвежий след! А эта тварь оставляет совершенно другие, огромные следы!
— Гас...
— Это был Снежный человек, Хэлл!
— Гас, ты сейчас не в себе...
— Это был снежный человек, Хэлл... И он редкостная скотина!
Я собираюсь умереть с оружием в руках. Потому что это то, чего я ждал для себя — это все, чего я для себя ждал. Я хочу, чтобы ты выбрался. Я хочу, чтобы ты почувствовал жизнь — или стал Летописцем, без разницы. Ты, с женой и детьми, и... внуками, будешь жить, пока не станешь толстым и лысым и сидящим на Виагре... это по-моему превосходный конец — и единственный, который я готов принять.
— Парень, ты даже не представляешь, как ты влип. У тебя на стене фотографии пропавших без вести и куча всякой сатанинской бутафории. Ты первый подозреваемый.
— Логично, если учесть, что, когда пропал первый из них, мне было три года.
— У тебя были сообщники...
— Погоди!
— Что?
— Я что-то чувствую.
— Схватки начались?
— Какую-то темную силу...
— Темнее тебя?
— Почему это должен сделать я?
— Ты служитель небес.
— А ты Ангел.
— Я плохой пример.
— То, что рай всего один, неверное мнение — их тут до фига. И все свалены в одну кучу. Это как диснейленд, только без антисемитов.
— Диснейленд?
— Здесь есть Винчестерленд, Эшленд и любой хрен знает чей ленд.
Я хотел послать своих головорезов и ни в чём их не ограничивать, но первое испытание было убить адскую гончую, второе – спасти душу из Преисподней, так что отныне я буду держать всё, связанное с Адом, в том числе демонов, от вас подальше – мера предосторожности, плюс мне показалось, что так сподручнее.