Владыка Света хочет, чтобы врагов сжигали, Утонувший Бог — чтобы их топили. Почему все боги такие жестокие скоты? Где Бог титек и вина?
Если бы Боги оставили нам чуточку достоинства, мы бы не пердели, покидая этот мир.
Владыка Света хочет, чтобы врагов сжигали, Утонувший Бог — чтобы их топили. Почему все боги такие жестокие скоты? Где Бог титек и вина?
— Я хотел бы послушал как новобранец из Ночного Дозора стал Королем Севера.
— Как только вы расскажете как Ланнистер стал Десницей Дейенерис Таргариен.
— Долгая и кровавая история. Честно говоря, я почти всегда был пьян.
— Мои вассалы считают мой визит глупостью.
— Разумеется. Будь я вашим Десницей, я был бы против. Железное правило: Старкам не везет, когда они едут на юг.
— Верно. Но я не Старк.
— Как бы ты хотел умереть, Тирион, сын Тайвина?
— В собственной постели? Лет в восемьдесят? С вином внутри и девичьем ртом на члене?
Не будь у меня члена — я бы все время пил... Не хотел обидеть. Он шутит про карликов, я про евнухов.
— Один мудрец сказал, что история мира вершится за беседами в роскошных комнатах.
— Кто это сказал?
— Я. Только что.
— Тебе хотелось другой жизни. Ты родилась в одном месте и хотела быть в другом.
— Весь этот дерьмовый мир за такое выпьет.