Ведь сознание кружит точно бешеная собака, точно перекати-поле, точно обод колеса. Сознание — единственная наша часть, способная на трансмутации, и, наверное, только его фортели спасают нас от превращения в исправную машину. Сознание — это картина. А вон там, в уголке, еле намеченная спираль. Может, вирус, а может, духовная татуировка.
Все мы однажды умрем
И лишь непоседы,
Те, кто ступает по своим следам снова и снова -
Те не умрут,
Их назовут Рембрандтом, Колумбом.
Я с самого начала была убеждена, что своими победами обязана не себе. Всегда чувствовала: успех уже содержится в самих предметах. Некая магия высвобождается от моего прикосновения. Волшебство я обнаруживала повсюду — словно джинны оставили свои отпечатки на каждой вещи, на всем в природе.
Как счастливы мы в детстве. Как тускнеет свет, когда раздается голос рассудка. Бредешь по жизни, оправа без драгоценного камня. Но вот однажды сворачиваешь на другую улицу — вот же он, лежит на земле, капля граненой крови, и светится, более реальный, чем призрак. Если потянуться к нему, он может исчезнуть. Если ничего не делать, не обретешь потерянного. В этой маленькой загадке содержится выход. Молись собственной молитвой. Неважно, как ты молишься. Но, когда молитва будет произнесена, у тебя появится единственная драгоценность, которую стоит хранить. Единственное зернышко, которое стоит подарить другому.
Мысли крутились в голове, словно подхваченные гигантским торнадо. Ничего не разобрать, ни на чем не сосредоточиться. Мое сознание как будто выпотрошили и разложили на солнцепеке. А я смотрю на эти свои внутренности и ничего не могу понять.
Я сознательно нацелил на тебя все стрелы своего желания и все свое стремление к познанию, все то, что вибрировало тысячелетиями и теперь смутно шевелится во мне; я сосредоточил всю свою жизнь на тебе, я персонифицировал в тебе весь мир.
Сознание первично, из него исходит идея, которая затем материализуется. Всё, в том числе цвет, имеет свой прообраз в изначальной, личностной, сознательной, духовной реальности. Иначе оно не могло бы отражаться на нашем уровне бытия в виде материи. Первоначально всё есть чистое сознание, но когда оно грубеет, оно принимает вид материи. Любой материальный предмет для органов зрения имеет одни свойства, для органов осязания – другие, а для органов слуха – третьи. Это его внешние проявления. Но внутренняя суть предмета, которая не зависит от внешних качеств, т. е. его онтологический аспект, при этом останется непознанной. Суть предмета постичь невозможно. Чтобы иметь всестороннее представление о материальном предмете, нужно понимать, что он – производная от сознания. А сознание всегда предполагает личность.
Окружающая действительность сможет измениться только после того, как вы выработаете новый тип сознания, но никак не раньше. Новое сознание должно идти впереди.
Почему так удобно думать о знакомых вещах? Потому что это создает иллюзию безопасности. Но ведь люди привыкают думать о плохом, привыкают ждать плохого и готовиться к плохому. Вместо того чтобы заниматься созиданием, размышляя над тем, как сделать жизнь лучше, они попадают в вечную тюрьму своего прошлого. О чем думает большинство людей? О прошедшей любви, несбывшихся мечтах, утраченных возможностях или финансовых проблемах. Иные тоскуют по счастливому детству – хотя, положа руку на сердце, у кого оно было безоблачным? А как много внимания люди уделяют вещам, которые и вовсе ничего не значат? Например, о косом взгляде продавщицы в овощной лавке или коллеги по работе. Если человек впускает в себя подобные мысли, он подвергается разрушительному воздействию яда, имя которому – беспокойство. Люди сами отказываются от огромной силы, заложенной в их природе. Мы все от рождения чудотворцы, нужно лишь позволить себе творить чудеса. Пока человек находится в плену привычных мыслей, он никогда не сможет понять, что секрет счастья заключается в управлении сознанием.
Cлайд с цитатой