Генрих Гейне

Другие цитаты по теме

Никакое заклинание не устоит против любви. Любовь ведь сама есть высшее волшебство, всякое иное заклятие уступает ей.

Как в тёмные времена люди лучше всего ведомы религией, так и в кромешной тьме лучший проводник — слепой... Kогда же наступает рассвет, просто глупо следовать за слепым.

В самые суровые морозы в Варшаву из западных областей Польши стали приходить транспорты с евреями. Живыми до конечного пункта добирались немногие. Их долго везли из родных мест в телячьих пломбированных вагонах, без еды, воды и тепла. Когда транспорты прибывали на место назначения, в живых оставалось не больше половины отправленных, да и те с тяжелыми обморожениями. Умершие, одеревенев на холоде, стояли в тесной толпе среди живых и валились на землю, как только открывали засовы вагонов.

Я тогда сразу подумал: ох, не еврейское это дело — махать флагом на Крещатике...

Чтобы гарантировать ему мученичество, Бог родил своего сына евреем.

Музыка образует середину между мыслью и явлением.

Личину мне! Отныне я плебей!

Я не хочу, чтоб сволочь золотая,

В шаблонных масках гордо выступая,

Меня к родне причислила своей.

Хочу простых манер, простых речей,

В которых жизнь клокочет площадная, -

Ищу их, блеск салонный презирая,

Блеск острословья, модный у хлыщей.

Чтобы не сойти с ума от одиночества, я решил вести как можно более упорядоченный образ жизни. Со мной по-прежнему были мои часы, — довоенная «Омега», которую вместе с авторучкой — моим единственным богатством — берег как зеницу ока. По этим часам, которые всегда аккуратно заводил, я составил себе план занятий. В течение всего дня я лежал без движения, чтобы экономить тот ничтожный запас сил, который еще оставался. Только раз около полудня я протягивал руку и брал лежащие рядом сухари и чашку с водой. Таков был скудный рацион. С утра и до этого «обеда» я восстанавливал в памяти такт за тактом все произведения, которые когда-либо играл.

— Глупый еврей-венеролог говорит, что я к ним привык.

— Ну, а сам-то ты как считаешь?

— Я считаю, что глупых евреев не бывает.

Армянин, называвший себя греком, он подтвердил мне правоту поговорки: «Змее верь больше чем еврею, еврею верь больше чем греку, но никогда не доверяй армянину».