Её королевство трепетало перед ней, так как она всех заставила поверить, что она великая волшебница. Все желания её и все её поступки были преисполнены дьявольской злобы. Холодная злость переполняла её. Вся жизнь её была цепью страшных преступлений. Посмотреть на неё мне было любопытно, как на самого сатану. К моему удивлению, она оказалась красавицей; чёрные мысли не сделали отталкивающим выражение её лица, годы не провели морщин по её атласной коже и не коснулись её цветущей свежести.
... она со своим рассказом о нелепых похождениях была для него такой же радостной находкой, как труп для следователя.
Умереть – и не заметить смерти, разлучиться – и не заметить разлуки, может ли кончина быть более мирной?
Ты да я — мы с тобой люди с мозгами, а у тех, у кого есть мозги, не бывает поражений, у них могут быть только победы.
... Я боялся создания единой церкви: такая церковь – власть могущественная, могущественнее всякой другой; обычно церковную власть прибирают к рукам корыстные люди, и она постепенно убивает человеческую свободу и парализует человеческую мысль.
Так уж устроено на свете, что человек, перестав беспокоиться об одном, начинает беспокоиться о другом.
Деловой человек не должен поддаваться разочарованию, он должен сообразить, как бы ему получить свое.
Нужно признать, что дворянство, несмотря на свою склонность к мучительству и убийству, несмотря на свою жадность и развратность, было глубоко и восторженно религиозно.
Cлайд с цитатой