— Если нацелить спутник на модуль — изображение трупа Марка Уотни увидит весь мир.
— Ты боишься за свой имидж?
— Естественно, я боюсь за свой имидж. Другая экспедиция? Конгресс не даст нам денег даже на канцтовары, увидев фото мёртвого астронавта в «Вашингтон Пост».
— Он никуда не денется. Он не... Он не будет разлагаться. Знаешь, он теперь будет там вечно.
— Метеорологи считают, что его занесет песком при нормальных условиях в течение года.
— У вас мой муж, я бы хотела его увидеть.
Сидевшая в морге за контролем женщина даже не взглянула на меня.
— Не положено.
Она протянула мне часы, бумажник и фотографию.
Нашу с Сержем первую фотографию.
Я не знала, что он носил ее с собой.
На обратной стороне моей рукой было написано: «Когда-нибудь.. Мы не будем грустить ни о чем.
Только друг о друге.»
Дорогой Мартинез, Марс в порядке. Я случайно взорвал жилой модуль, но, к сожалению, вся музыка Льюис в стиле диско уцелела.
Спинка кресла перед Ричардсом сама по себе представляла для него откровение. В ней был кармашек с инструкцией по безопасности. В случае болтанки пристегнитесь ремнем. Если в салоне упадет давление, наденьте кислородную маску. Если забарахлит мотор, дополнительные инструкции можно получить от стюардессы. В случае неожиданной смерти при взрыве, надеемся, что у вас достаточно запломбированных зубов, чтобы облегчить опознание.
— Я вас ненавижу!
— Я тебя тоже!
— Чтоб вы сдохли!
— Как и ты!
— Можете убить меня прямо здесь!.. Пожалуйста, не убивайте меня.
Мэтр все это время стоял рядом и с сосредоточенным видом листал свою книгу в синей бумажной обложке. Книга оказалась захватанной до невозможности – на многих листах виднелись сальные пятна и какие-то грязные отпечатки, краска местами потекла, и руны были подправлены от руки обычными чернилами. На полях пестрели пометки, отдельные слова были подчеркнуты, а одно заклинание так вовсе замарано крест-накрест, и рядом стояла категоричная резолюция: «Фигня!»
Образование — одно из немногих вещей, за которое человек готов заплатить и не получить его.
Многим кажется, что крепостное право сугубо русское изобретение, ибо у нас тут, как известно, страна рабов, а в Европе, наоборот, царство свободы.
Дедушку Маркса никто не читал, а потому граждане не в курсе, на что способен честный европейский предприниматель ради хотя бы ста процентов прибыли. Ну, не говоря уже про триста.
Cлайд с цитатой