Прекрасен старый парк в лучах рассвета,
В траве искрятся капельки росы -
Забытый образ, что в стихах поэта
Обрел черты нетленной красоты.
Здесь воздух свеж, безумно много света
В те ранние блаженные часы,
Когда рождается мелодия сонета,
И трели птиц, как серебро, чисты.
Напрасно вы в тени таились
Для мирных, счастливых друзей,
Стихи мои! Вы не сокрылись
От гневных зависти очей.
Уж бледный критик, ей в услугу,
Вопрос мне сделал роковой:
Зачем Русланову подругу,
Как бы на смех ее супругу,
Зову я девой и княжной7
Ты видишь, добрый мой читатель.
Тут злобы черную печать.
Быть может, в Лете не потонет
Строфа, слагаемая мной;
Быть может (лестная надежда!),
Укажет будущий невежда
На мой прославленный портрет
И молвит: то-то был поэт!
Но я плоды моих мечтаний
И гармонических затей
Читаю только старой няне,
Подруге юности моей,
Да после скучного обеда
Ко мне забредшего соседа,
Поймав нежданно за полу,
Душу трагедией в углу,
Или (но это кроме шуток),
Тоской и рифмами томим,
Бродя над озером моим,
Пугаю стадо диких уток:
Вняв пенью сладкозвучных строф,
Они слетают с берегов.
В первую очередь гибнет все сильное, прочное, более развитое. Слабое и низшее живет дольше. Это хорошо заметно на смене форм жизни. От продуктов индустрии прежде всего вымирают наиболее требовательные и высокоразвитые животные и растения — дубы, тигры, орлы, осетры.
В сложную пору становления личности, когда человек начинает жить особенно напряженной духовной и эмоциональной жизнью, тысячи молодых людей испытывают потребность выражать свои чувства и мысли стихами.
Кузнецов учил студентов думать, сопоставлять факты, учил внимательно читать и вчитываться в поэтические тексты. Я, со школьных лет знавший наизусть почти всего «Евгения Онегина», тем не менее, не заметил словечка «хоть» в следующих строчках:
Быть может он для блага мира
Иль ХОТЬ для славы был рожден.
Понять и осознать пушкинское отношение к славе я сумел только после того, как на это короткое словечко обратил мое внимание Юрий Кузнецов.
За рассветом закат, за которым снова рассвет. Море чистого воздуха, дождь, ветер, гроза, туман, молнии и снова море прозрачного чистого воздуха.
Солнце жёлтое, свежее и совсем не палящее, какого я никогда доселе не видел. Трава такая зелёная, что искрится под колёсами. Голубое чистое небо, какими и бывают обычно небеса, облака — белее, чем снег на Рождество.
И самое главное — свобода.
Люди не разрушают природу специально. Не ставят такой задачи. По крайней мере, пока. Они созидают. И этим разрушают. Вот в чем экологическая трагедия.
Поэт создает, уподобившись богу, свой мир,
Который составлен из слов, как земля из песчинок,
Где воздух наполнен звучанием ангельских лир.
Творец никогда не наденет чужую личину.
Наше непрекращающее насилие над Природой когда-то может и ее вывести из равновесия. И она начнет себя защищать.
Cлайд с цитатой