Видя, как он уходит, как будто ничего не случилось, я чувствовала себя покинутой...
Неважно, сколько раздражающих вещей ты сделаешь или как много обидных слов скажешь, в глубине души я верю, что ты никогда не причинишь мне вреда!
Видя, как он уходит, как будто ничего не случилось, я чувствовала себя покинутой...
Неважно, сколько раздражающих вещей ты сделаешь или как много обидных слов скажешь, в глубине души я верю, что ты никогда не причинишь мне вреда!
Я очень хочу увидеть его... несмотря на то, что мы виделись вчера, я скучаю по нему... Я хочу смотреть в его глаза... и говорить с ним... Я хочу услышать его голос!
Ты (да‑да, ты тоже) не прочь иметь в сердце несколько женщин. Или еще лучше: чтобы как можно больше (интересных) женщин носили тебя в своем сердце. И каждая, разумеется, совершееееееенно не такая, как другие. Каждая – что‑то «совершенно особенное». Каждая имеет для тебя особое значение и занимает в тебе свое особое место. Немудрено, Лео. Потому что это ТЫ отводишь каждой из них ее «особое место». Думая об одной, ты забываешь о других. Открывая один шкаф для чувств, ты не боишься, что из другого кто‑нибудь выскочит: они все надежно заперты.
Я другая. Я не умею чувствовать параллельно. Я чувствую линейно. И люблю тоже линейно. Одного за другим. Но всегда лишь одного.