Мужчина ценен тем, что в нём остается, когда уходит слава.
Парни, как Windows, грузятся очень медленно.
Мужчина ценен тем, что в нём остается, когда уходит слава.
Может быть, мужчины и женщины действительно живут на разных планетах? Но мы, несомненно, притягиваемся друг к другу.
Соревнование между мужчиной и женщиной так же глупо, как соревнование головы и сердца.
На Олимпе раздают совсем не те плюшки, которые виделись снизу, о которых там, снизу мечталось. Вот поэтому искусство – жестокая, быть может, самая жестокая из профессий. Добирается наш художник до Олимпа – весь ободранный, конкуренция же, промерзший – ну вот, думает, сейчас в волнах всенародной любви согреюсь. И обнаруживает, что всенародная любовь сконцентрирована на картинках, им нарисованным, а сам художник никому не нужен и не интересен. Всем наплевать, что у него бессонница или плечо от махания кисточкой болит – рисуй давай! И тянет художника – махнуть головой вниз с этого самого Олимпа и вообще отовсюду, из жестокого равнодушного мира. Но головой вниз все-таки страшно, а на Олимпе хоть вкусно кормят. А жестокий и равнодушный мир – ну то есть жестокую равнодушную публику – оттуда очень удобно ненавидеть. В отместку за равнодушие к его, художника, бессонницам и болям в плече.
Есть вещи, подумала Селия, которые мужчина и женщина говорят друг другу только в спальне. Но не в гостиной, не в воскресенье вечером.
Мужчины ужасно скучны, если они хорошие мужья, и отвратительно тщеславны, если плохие.