И всегда была власть народа, особенно в моменты, когда дальше так жить нельзя.
Ничто так не способствует возрастанию национального самосознания, к примеру, курдов, как отсутствие государственности.
И всегда была власть народа, особенно в моменты, когда дальше так жить нельзя.
Ничто так не способствует возрастанию национального самосознания, к примеру, курдов, как отсутствие государственности.
Очевидно, что безногому нужны протезы, но поначалу организм пытается пользоваться протезами, как живыми ногами. «Устроит почти всех», при том что новая идея всегда оказывается в меньшинстве.
Геббельс говорил, а книги жгли, Хрущев говорил, а книги жгли, Сталин говорил, а книги жгли, Брежнев говорил, а Черных был отправлен в психушку, Лец и Зощенко были запрещены, и Ю. Домбровский был убит. Страницы с упоминанием генерал-лейтенанта Смушкевича и Мейерхольда были либо вырваны, либо подлежали заклеиванию. М. А. Булгаков: «в печку его... переписку с этим, с Каутским».
Когда человек мыслит глубоко и серьёзно, ему плохо приходится среди широкой публики.
Если бы Лермонтов жил в наше время,
чем бы занялся он в нашей стране?
До увольненья какое-то время,
он офицером служил бы вполне.
Вместо слова «свобода» в следующей сентенции ставлю слово «еда / сытость»: «еда и сытость — когда еда и сытость лишь некоторым, если сытость и еда всем, то сытость и еда исчезает / не имеет места». А как вам такая ложь: свобода бить детей — это когда свобода бить детей для некоторых, а если свобода бить детей каждому, то свобода бить детей исчезает, не имеет места?
— Вы почему не в русских народных костюмах?
— Почему это не в народных? Сейчас так весь народ ходит.
У каждого народа есть свой мозг, своя душа, своё сердце, свои глаза, есть свои фекалии. Есть свои отбросы.