Оксана Панкеева. О пользе проклятий

Другие цитаты по теме

Один из непреложных законов мироздания гласил: если у тебя вдруг случится хорошее настроение, обязательно найдётся кто-то, кто тебе его испортит.

Всё равно мы когда-то должны умереть. Так что, всю оставшуюся жизнь трястись над остатками своего здоровья? И отказываться от всех мыслимых удовольствий, только чтобы продлить своё жалкое существование? Ха!

... умереть счастливым — удовольствие весьма сомнительное. Когда ты счастлив, жить хочется больше, чем когда-либо.

— …Ну их вообще, эти проблемы, что мы всё о проблемах… Расскажите лучше, как вы живёте?

— Если опустить проблемы, то вообще никак.

Почему-то любой мужчина — если он мужчина, конечно, а не мешок с дерьмом — знает, что за каждое слово нужно отвечать, только тогда оно имеет вес. А у женщин всё запросто: захотела — и ляпнула и никакого ответа за свои слова держать не обязана. Поэтому и не уважают мужчины женскую болтовню и пустые сплетни. Если они мужчины, конечно.

Я не могу просто так упасть в постель с совершенно чужим человеком. Мне надо либо почувствовать его близким, либо набраться до чёртиков...

А если тебя опять одолеет тоска... Надо встать в полный рост, показать всему миру два пальца и вслух сказать, что ты имела в виду всё и всех. И делать то, что тебе хочется, наплевав на всё...

... Кантор боялся так, как и подобает отважному воину: весь его вид выражал готовность умереть на месте, сомкнув зубы на глотке противника.

Когда речь идет о жизни и смерти, нет такой вещи, которая показалась бы слишком дорогой платой.

Мы все уже переживали смерть однажды. В тот самый день, когда мы рождались. Привычная для нас вселенная разрушилась, а впереди был яркий свет – и леденящий душу ужас. Говорят, родовая травма так сильна, что мы всю жизнь несем на себе ее отпечаток. Это было самое ужасное, что мы все пережили. А потом оказалось, что это было только начало жизни. Так стоит ли бояться смерти? Когда я сдохну, кто знает — может быть, не будет ничего. Наступит пустота. Но если сознание останется жить, я закрою глаза и полечу туда, где свет. А весь этот рукотворный ад, который мы якобы любим, но на который жалуемся каждый божий день, всю свою жизнь, с утра до вечера — пусть катится к чертям собачьим.