— Чего это он вдруг?
— Может, ему нужно по-маленькому?
— Он кукла, помнишь?
— Ага, ну тогда, «по-большому».
— Эй, ты вообще слушаешь? Он кукла!
Ты не та, что пошла бы рядом со мной по жизни... когда я тонул в абсолютной тьме... она всегда была для меня светом, что освещал мой жизненный путь... Потому что это именно то, что должно делать солнце!
Осторожней... не начинай меня ненавидеть... всё-таки, если ты попадешь под влияние своей же заповеди, эта битва перестанет быть интересной.
— Странно... на тебя не действует моя заповедь?
— Что же тут странного? Зачем мне ненавидеть тех, кто слабее меня? Я их жалею.
— Сколько в тебе гордыни...
— Есть за мной такой грех.
Это спящее лицо... эти изгибы тела... этот запах... эта упругость... Это явно женщина.
— Естественно желать смерти убийце отца.
— Мне все равно. Утер для меня ничто.
— А если бы у тебя был выбор, что бы ты сделала? Если бы в твоих руках была жизнь Утера, ты бы убила его, за все?
— Нет...
— Нет?
— А зачем? Тогда я стану убийцей, такой же как и он.
— Вкусный цыпленок. И суп отменный. Кстати, а что ты знаешь о некромантии?
— Что?..
— Ну, ты же о многом знаешь.
— Некромантия самая опасная из магических практик. Даже в дни старой религии к подобным ритуалам относились с подозрительностью. Я пожалею о своем вопросе, но к чему этот вопрос?
Cлайд с цитатой