Снова поёт под моим окном осень — рыжая бестия.
Я выхожу на порог в халате, а она танцует в ярких шелках.
«Я не готов принимать вас, леди: для меня ваш визит, как бедствие...»
А она, смеясь, шагает ко мне и отраву несёт в руках.
Может быть, не заметишь
Рыжую грусть листвы,
Может быть, не ответишь,
Что вспоминаешь ты,
Или вот это небо -
Синее как вода,
Где ты ни разу не был,
Не приходил сюда.
Хорошо, что хвойный лес,
Хорошо — не видно здесь
Осени, осени.
Лишь зелёные иголки
И на ветке, как на полке,
Тень они бросили...
Небывалая осень построила купол высокий,
Был приказ облакам этот купол собой не темнить.
И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки,
А куда провалились студеные, влажные дни?..
Изумрудною стала вода замутненных каналов,
И крапива запахла, как розы, но только сильней,
Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых,
Их запомнили все мы до конца наших дней.
Было солнце таким, как вошедший в столицу мятежник,
И весенняя осень так жадно ласкалась к нему,
Что казалось — сейчас забелеет прозрачный подснежник...
Вот когда подошёл ты, спокойный, к крыльцу моему.
Привела нас дорога размытая
На окраину лета шумевшего.
И аукнулось что-то забытое,
И откликнулось неотболевшее.
Из кельи была прекрасно видна середина октября и в ней тишина длиной в час ходьбы и шириной в два.
Я не помню, сколько осеней назад
Падал под ноги наш первый листопад.
Ты на краешке сгорающего дня
Целовал меня.
У сентября удивительная способность влюблять в себя постепенно. Пока ты переживаешь уход лета, пока свыкаешься с мыслью, что впереди долгие холода, сентябрь украшает кроны деревьев осенней проседью, приглушает и растушевывает свет, но делает ярче цвета: кадмий оранжевый и лимонный, охра светлая и золотистая, сиена жженая – крапушкой, щадя, по самой кромке березового листа. Едва вынырнув из состояния уныния – лето ушло, ушло лето! – ты обнаруживаешь себя в утешающих объятиях сентября. Хорошо как, выдыхаешь ты, вновь возвращаясь в себя. «Обратно воротилися слова», – просторечит сентябрь. Не спрашивает – утверждает.
Зима — это гравюра, весна — акварель, лето — масляная живопись, а осень — мозаика всех трех.
По октябрьскому лесу
Шел я.
Умиротворяла
Тихость осени.
Хотелось,
Чтоб она тянулась долго
С этой ясностью, с дождями,
С днями длинными, глухими,
С обнаженностью деревьев,
С обостренностью их линий,
И с каким-то странным чувством
Одиночества, в котором
Удовольствие находишь...
Так я осень понимаю.
Осень. Ягоды губ
с ядом.
Осень. Твой похотливый труп
рядом.
Все мои песни июня и августа
Осенью сожжены.
Она так ревнива в роли моей жены.
Cлайд с цитатой