— Как рука?
— Сама виновата, я такая недотёпа!
— Ну хоть с внешностью повезло...
— Так, что же ты приготовил на понедельник?
— О чём это ты?
— Ну брось же, все эти ночные звонки, да и улыбка как у чеширского кота.
— Может просто я тебе изменяю...
— Эй! Тут одностороннее движение!
— И что? Я двигаюсь в одну сторону!
— Да, но не в ту.
— Не могу поверить, я женюсь!
— Почему же ты сказал ей «да»?
— Я не знаю, думаю, она загипнотизировала меня, пока я спал!
— Мик, прости, я не могу так больше…
— Бетт!
— Что было надето на мне, когда мы встретились?
— Джинсы, полосатая блузка, бежевый пиджак…
— А обувь?
— Ты была босиком.
— Ты все это помнишь? Почему?
— Потому что я люблю тебя.
Воспоминания могут быть хрупкими, они бывают легкими как шепот, а бывают страшными как крик.
Как известно, кочевые племена шли на Европу за новыми впечатлениями и свежими женщинами. Трудно осуждать за это дикие орды. Ну какие развлечения в степях – пустошь да тоска кругом. А дамского населения и вовсе недостача. Где, скажите, найти в степи хоть какую-нибудь барышню, не то что хорошенькую? Кобылы, телки да ковыль. Так что кочевников гнала с насиженных пастбищ не историческая миссия, а чисто практическая задача: развлечься пожарищами завоеванных городов, заодно присмотрев себе двух-трех жен или рабынь.
Но вот какая зараза обращает городских жителей в толпы странников и гонит на дачу – науке неизвестно.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Много коротких безумств — это называется у вас любовью. И ваш брак, как одна длинная глупость, кладёт конец многим коротким безумствам.
Cлайд с цитатой