— Я сначала думала, что Чендлер голубой,
А теперь, представьте, он идёт под венец с тобой...
— Фиби!
— Если бы ты дала мне закончить, то узнала бы, что, возможно, он и не голубой...
— Я сначала думала, что Чендлер голубой,
А теперь, представьте, он идёт под венец с тобой...
— Фиби!
— Если бы ты дала мне закончить, то узнала бы, что, возможно, он и не голубой...
— Я сначала думала, что Чендлер голубой,
А теперь, представьте, он идёт под венец с тобой...
— Фиби!
— Если бы ты дала мне закончить, то узнала бы, что, возможно, он и не голубой...
— А девочка давала тебе кататься на нем?
— Нет, она подарила мне коробку из-под него, на ней был нарисован велосипед. Я садилась в нее, а мой отчим таскал меня в коробке по заднему двору.
— Какая несправедливость!
— Почему, мне тоже приходилось таскать его!
— Я сейчас внизу встретила Росса и Чендлера. Мы решили, что это надо отметить — сходим в какое-нибудь приличное место.
— Приличное место...
— Да уж.
— Придется продать левую почку.
— О, Господи! Моей правой ноги что-то коснулось!
— Что, что?!
— Нет, ничего, это моя левая нога.
— Как ты думаешь, домашнее животное много может сказать о своем хозяине?
— Что? За моей спиной?!
— Сколько нужно ждать, чтобы начать приставать к парню?
— Месяц.
— Три месяца.
— Полчаса.
— Он пошевелился, ребёнок пошевелился!
— О Господи!
— Нет, подожди... Нет, это резинка на трусах порвалась.
— Я только что от своей гадалки, и она сказала, что сегодня я обязательно выиграю в лотерею!
— Чуть не забыла: я подумала, что удача нам не помешает, поэтому принесла с работы косточку желаний.
— Гадалка и косточка желаний? Ребята, дайте же и другим шанс!
— Глен, его могут звать Глен.
— Не слишком особенное имя.
— Ну, тогда Агамемнон.
— Слишком особенное.