— Как нам от него избавиться?
— Хочешь, застрелим?
— Нет, это слишком шумно.
— Хочешь, зарежем?
— Это слишком жестоко!
— Так ты хочешь его убить, или что?
— Как нам от него избавиться?
— Хочешь, застрелим?
— Нет, это слишком шумно.
— Хочешь, зарежем?
— Это слишком жестоко!
— Так ты хочешь его убить, или что?
Убийство и сексуальный акт часто завершаются одним и тем же вопросом: что делать с телом? В случае сексуального акта можно просто уйти. Убийство же не допускает подобной вольности. Потому-то оно и связывает людей куда теснее.
Дэйли и Уилсон также отмечают, что чаще всего типичная женщина убивает мужа или любовника защищаясь, поскольку боится, что когда-нибудь он может убить ее, если она не нанесет удар первой.
— Мы должны жить на ферме: земля, свежий воздух, цыплята, уединение...
— Это именно то, что нужно плохим парням чтобы пытать тебя!
Без единого слова я твердо посмотрел на нее и шагнул к двери. Сверкнул кинжал, я почувствовал, как он вошел в плечо. Сразу же выступила кровь.
В следующее мгновение она далеко отбросила кинжал, упала передо мной на колени, и плакала, и рыдала:
– Прости. – Она ощупывала рану. – Прости…
Я стряхнул ее руку, приложил к ране носовой платок и, уходя, холодно произнес:
– Перед этим вы почти победили, мадам. Но и теперь – если бы вы действительно сделали это, если бы вы ударили по-настоящему, я не смог бы не полюбить вас именно из-за этого поступка, из-за вашей первобытной силы, из-за глубинной связи с природой, из-за мощного проявления чувственного влечения. Но даже в момент самого бурного проявления вашей женской сущности и самого тяжелого ее оскорбления вы – думали. Клеопатра убила бы мужчину, поступившего так. И Помпадур заколола бы его кинжалом. Но вы трусливо остановились на полпути. Вы почти решились на поступок, но он оказался вам не по плечу. Вы – не квинтэссенция желания и духа и не соединение этих двух стихий. Всего лишь смесь. Не Женщина. Только существо женского пола. Выходите поскорее замуж…
Гоп-стоп, Сэмен, засунь ей под ребро,
Гоп-стоп, смотри, не обломай «перо»
Об это каменное сердце
Суки подколодной.
Ну-ка, позовите Герца,
Он прочтет ей модный,
Очень популярный
В нашей синагоге отходняк.
Гоп-стоп, у нас пощады не проси,
Гоп-стоп, и на луну не голоси,
А лучше вспомни ту «малину»,
Васькину картину,
Где он нас с тобой «прикинул»,
Точно на витрину.
В общем, не тяни резину,
Я прощаю все. Кончай ее, Сэмен!
Но каждый, кто на свете жил, любимых убивал. Один — жестокостью, другой — отравою похвал, трус — поцелуем. Тот, кто смел, — кинжалом наповал.
Значит ты — местный ***, а эти по бокам — твои яйца. Бывает 2 типа яиц — большие, храбрые яйца, а бывают маленькие, ***астические яйчишки. Каждый *** всегда стоит и зорко озирается, тока мозгов у него нет, и как почует ***ятины, так сразу оживляется — и вот ты решил, что здесь пахнет старой доброй ***ятиной и приволок с собой свои ***астические яйчишки, чтобы повеселиться, но ты немного перепутал — никакой ***ой тут даже и не пахнет, щас ты пожалеешь о том, что не родился бабой!!! Как и положено безмозглому *** — ты не разбираешься в ситуации, а теперь ты начинаешь сморщиваться и твои яйчишки начинают сморщиваться вместе с тобой — и это потому, что на боку твоего пистолета написано — МУЛЯЖ, а на боку моего пистолета написано — ДЕЗЕРТ ИГЛ.50 — и ловить тебе здесь нечего вместе с твоими яйцами. А теперь — ***али отсюда!!!