Чак Паланик. Кишки

Старший брат в военно-морском флоте научил нас одной хорошей пословице. Русской пословице. Пословица о том, что мы, американцы, называем: «Это мне нужно, как дырка в голове». Русские говорят: «Мне это нужно, как зубы в заднице».

Эти истории про то, как попавшие в капкан звери отгрызают себе ногу. Что же, любой койот расскажет вам, что пара минут боли чертовски круче смерти.

Чёрт, даже если ты русский, иногда может наступить момент, когда ты захочешь иметь зубы в том самом месте.

0.00

Другие цитаты по теме

У французов есть выражение: эффект лестницы. По-французски Esprit d Escalier, эспри д эскалье. Оно относится к моменту, когда ты находишь правильный ответ, но уже поздно. Например, на вечеринке тебя кто-то оскорбляет. Ты должен как-то ответить. Когда на тебя все смотрят, когда на тебя это давит, ты говоришь что-то неубедительное. Но ведь потом ты уходишь с вечеринки.

И именно в тот момент, когда начинаешь спускаться по лестнице вдруг о, чудо. Тебе приходит в голову идеальный ответ. И это окончательное унижение.

Вот что такое эффект лестницы.

По правде говоря, я и знать не хочу, почему я это делаю. Потому что когда начинаешь искать причины — всё рассыпается в прах.

Старший брат в военно-морском флоте научил нас одной хорошей пословице. Русской пословице. Пословица о том, что мы, американцы, называем: «Это мне нужно, как дырка в голове». Русские говорят: «Мне это нужно, как зубы в заднице».

Эти истории про то, как попавшие в капкан звери отгрызают себе ногу. Что же, любой койот расскажет вам, что пара минут боли чертовски круче смерти.

Чёрт, даже если ты русский, иногда может наступить момент, когда ты захочешь иметь зубы в том самом месте.

По правде говоря, я и знать не хочу, почему я это делаю. Потому что когда начинаешь искать причины — всё рассыпается в прах.

Долгая и уродливая взрослая жизнь.

В каждом городе был собор, где проходили одни и те же воскресные мессы, там был и Интернет. Интернет привлекал больше. Все дело в том, что если бы Иисус смеялся на кресте, плевал на макушки римлянам, или делал еще что-нибудь, кроме как молча страдать, Церковь – и все с нею связанное – нравилось бы мальчику больше. Гораздо больше.

Всё — автопортрет. Всё дневник.

Что бы нам не подвалило — талант или технология, — мы всегда найдём способ всё обосрать.

Говорят, если положить под стол нож, он разрежет боль пополам…

Вот так и надо смотреть на Бога. Как будто всё хорошо.