Мухаммад ибн Идрис аш-Шафии

Другие цитаты по теме

Каждый человек искренен наедине с самим собой; лицемерие начинается, когда в комнату входит кто-то ещё.

В злословии, как и в краже, виноватым считается потерпевший.

Между искренностью и лицемерием нет золотой середины — их нельзя соединить отрезком, или другой линией.

Наглое лицемерие внушает уважение людям, привыкшим прислуживать.

... Когда мы черним любимого человека, то это до известной степени отдаляется нас от него. До идолов дотрагиваться нельзя — позолота пристает к пальцам.

Прикидывающийся глухим слышит больше, чем хотел бы.

О нас думают плохо лишь те, кто хуже нас, а те кто лучше нас... Им просто не до нас...

Все неприятности, которые ваш злейший враг может высказать вам в лицо — ничто по сравнению с тем, что ваши лучшие друзья говорят о вас за спиной.

«Можно сколько угодно говорить о любви к ближнему, но пока ты не будешь готов постирать нижнее белье своей соседки по палате, у которой парализованы две руки, как это делает каждый день одна пожилая женщина, поменять подгузник и вымыть промежность чужому человеку, не за деньги, а из сострадания к несчастному, любовь к ближнему и к Богу останутся лишь пустыми словами. Можно расшибить лоб и стереть колени в кровь во время ежедневных молитв, но пока ты не сделаешь какой-нибудь поступок, подтверждающий твою любовь к ближнему, все молитвы твои ничего не стоят», – думал Марк, наблюдая за работой на первый взгляд суровых, но на самом деле очень добрых санитарок, которые каждый день умывали, кормили, меняли подгузники одиноким беспомощным старикам и старухам. «Конечно, это их работа, они получают за это деньги. Но это небольшие деньги за такую работу. Тут без сострадания никак».