Я вырыл колодец для врагов своих, но сам упал в него.
– Несчастный случай, – говорит она четко, будто учительница, – иногда бывает лучшим другом несчастной женщины.
Я вырыл колодец для врагов своих, но сам упал в него.
– Несчастный случай, – говорит она четко, будто учительница, – иногда бывает лучшим другом несчастной женщины.
Но послушайте меня, вы трое, выслушайте хоть это, если вы так ничего и не поняли: всё, что я сделала, я сделала ради любви… из-за естественной материнской любви к своим детям. Это самая сильная любовь в этом мире, и самая смертельная. Нет на земле человека сильнее и страшнее, чем мать, которая боится за своих детей.
В девяти случаях из десяти все, что после заката надумаешь, утром заново передумывать придется.
Всё, что видел этот глаз, было отвратительным, и тогда я поняла, что, выходя за Джо замуж, я не просто совершила самую огромную ошибку в своей жизни; это была единственная ошибка, по-настоящему имеющая значение, потому что не только мне одной приходилось расплачиваться за неё.
... а знаете, что говорят умные люди: обманешь меня однажды — позор тебе, обманешь меня дважды — позор мне.
В те дни я ещё верила в то, что любовь женщины к мужчине и мужчины к женщине сильнее, чем пристрастие к выпивке или картам, — такая любовь, считала я, обязательно поднимается ввысь, как сливки в кувшине с молоком. Но за последующие десять лет я многое поняла. Жизнь — отличный учитель.
Но люди-то не лошади, а семейная жизнь — не фургон, который тянут в упряжке, пусть снаружи так иной раз кажется.
... все мосты между тем временем и этим теперь сожжены. Время ведь тоже пролив, знаете ли, как тот, который разделяет острова и материк, но пересечь его может только один паром — память, а она вроде корабля-призрака — если очень пожелать, чтобы он исчез, так он исчезнет.
– Несчастный случай, – говорит она четко, будто учительница, – иногда бывает лучшим другом несчастной женщины.