Анна Кулик. По ту сторону лета

Спасибо тебе. Наша жизнь невозможна без встреч и расставаний. Никуда не деться от этого — каждую минуту, когда ты слушаешь эти слова, когда пьешь утром кофе, когда смотришь на экран монитора — кто-то отдаляется от тебя. На шаг. На полшага. На время — на то, упущенное, каждая секунда, каждая частичка которого — шанс. Твой шанс изменить что-то. Подойти. Взять за руку. Не отпустить. Но мы слишком поздно это замечаем. Просто однажды просыпаемся утром — и понимаем что этот человек вот уже неделю не звонил, хотя раньше вы могли после долгого дня, проведенного вместе, еще несколько часов проговорить по телефону... И вроде нам уже не больно от этого, вот только как-то пусто на душе. А жизнь продолжается дальше, приходят новые люди, занимая пустующее в душе пространство... Снова уходят... Иногда это неизбежно. Ты уже перешёл ту грань, когда мог повернуть назад. Теперь остается только бежать. Бежать быстрее, пока ещё не осознал. Сказать спасибо... и уйти. Когда-нибудь я обязательно вспомню это лето. Вот такое как было, от начала и до конца. А сейчас... Я просто говорю тебе спасибо. Спасибо за то, что рядом с тобой мне было тепло. Очень. И пусть я пока не знаю, что это было, в одном я уверена — это было не зря. Счастья в моей жизни стало на несколько часов больше. Когда-нибудь мы обязательно вспомним это лето... И может быть расскажем друг другу о нём. А сейчас — спасибо. Просто спасибо.

За всё.

16.00

Другие цитаты по теме

Когда до боли любишь одного человека, а гуляешь с другим… Этот «другой» как таблетка обезболивающего. И неважно, что действие таблеток рано или поздно заканчиваются. Неважно, что утром он скорее всего ничего не вспомнит. Она просто хочет подарить себе несколько минут. Рядом.

То, что мы не можем быть вместе, не значит, что я не люблю тебя.

В жизни иногда приходится делать очень трудный выбор — расставаться даже с самыми близкими друзьями.

Боже мой, а какой роскошный праздник — получение писем! Оценить его может только тот, кто долго находится вдали от дорогих людей.

Своё сердце ищу я любя,

Но зачем оно мне без тебя...

Я мысли, которые о тебе,

Храню теперь в мусорном ведре.

— Но не вдвоём, а поодиночке…

— Да, — подтвердила она, — поодиночке.

И при этом слове Уилл ощутил, как в нём волной всколыхнулись гнев и отчаяние — они поднялись из самой глубины его души, словно из недр океана, потрясённых каким-то могучим катаклизмом. Всю жизнь он был один, и теперь снова будет один: тот удивительный, бесценный дар, который ему достался, отнимут почти сразу же. Он чувствовал, как это волна вздымается всё выше и выше, как её гребень начинает дрожать и заворачиваться — и как эта гигантская масса всем своим весом обрушивается на каменный берег того, что должно быть. А потом из груди его невольно вырвалось рыдание, потому что такого гнева и боли он не испытывал ещё никогда в жизни; и Лира, дрожащая в его объятиях, была так же беспомощна. Но волна разбилась и отхлынула назад, а грозные скалы остались — ни его, ни Лирино отчаяние не сдвинуло их ни на сантиметр, поскольку споры с судьбой бесполезны.

Он не знал, сколько времени боролся со своими чувствами. Но постепенно он начал приходить в себя; буря в его душе улеглась. Возможно, водам этого внутреннего океана не суждено было успокоиться окончательно, однако первое, самое мощное потрясение уже миновало.

То, к чему труднее всего привыкнуть -

Я одна, как смертник или рыбак.

Я однее тех, кто лежит, застигнут

Холодом на улице: я слабак.

Я одней всех пьяниц и всех собак.

Ты умеешь так безнадежно хмыкнуть,

Что, похоже, дело мое табак.

Я бы не уходила. Я бы сидела, терла

Ободок стакана или кольцо

И глядела в шею, ключицу, горло,

Ворот майки — но не в лицо.

Вот бы разом выдохнуть эти сверла -

Сто одно проклятое сверлецо.

С карандашный грифель, язык кинжала

(желобок на лезвии — как игла),

Чтобы я счастливая побежала,

Как он довезет меня до угла,

А не глухота, тошнота и мгла.

Страшно хочется, чтоб она тебя обожала,

Баловала и берегла.

И напомни мне, чтоб я больше не приезжала.

Чтобы я действительно не смогла.

Мы с тобой где-то разминулись, и теперь все больше удаляемся друг от друга…

Как бы сильно я этого ни хотела, так не могло продолжаться вечно. Но что бы ни случилось, я знала, что часть меня всегда будет Ноа Флинну. Маленький уголок моего сердца всегда будет принадлежать Ноа. И впервые за всё время мне начало казаться, что всё возможно.