Сон руками не потрогать, в рай ногами не дотопать ни за что...
Если бы я знал, что за рассветом — рай, но не спал бы ни одной ночи.
Сон руками не потрогать, в рай ногами не дотопать ни за что...
Мне так больно сквозь дым дышать,
Мне так страшно вставать на кон,
Я хочу убежать из дней бесконечных прочь.
И когда нету сил кричать, вспоминая свой странный сон
И фарфоровый диск, увенчавший весеннюю ночь.
Мы танцуем вдвоём под огнём фейерверков;
Может, это лишь сон, но так хочется верить.
Слышишь, звёзды поют гимны наших историй,
Если это лишь сон, я не буду с ним спорить.
Хочу поделиться с вами некоторыми своими умозаключениями. Я окружен какими-то убогими призраками, а не людьми. Меня они терзают, как могут терзать только бессмысленные видения, дурные сны, отбросы бреда, шваль кошмаров — и все то, что сходит у нас за жизнь. В теории — хотелось бы проснуться. Но проснуться я не могу без посторонней помощи, а этой помощи безумно боюсь, да и душа моя обленилась, привыкла к своим тесным пеленам.
— Я часто думал об этой истории в райском саду, — сказал Форд.
— О какой истории?
— Ну как же. Райский сад. Древо. Яблоко. Помнишь?
— Конечно.
— Ваш бог поместил посреди сада яблоню и сказал: «Делайте, ребята, что хотите, но яблок не ешьте». Стало им жутко интересно, съели они яблоко, а бог выскочил из-за куста: «Ага! Попались!». Но если б они и не съели яблоко, им все равно бы несдобровать.
— Почему это?
— Имея дело с типом, который любит оставлять на тротуаре кирпич, прикрытый шляпой, нужно отдавать себе отчет – такие не остановятся на полпути. Они своего добьются.
— Ладно, ну знаешь, это... это просто сны.
— Ах ты похотливый кобель!
— Я не специально, ясно? То есть, я ничего не могу с этим поделать. С того момента, как она стала носить это обручальное кольцо, я не перестаю думать о этом, о ее личной жизни, понимаешь?
— Сколько раз она тебе снилась? Что происходило? Как она пахла? Хочу знать все!
— Тревис, это касается только меня и ее, ясно?
— Ты хотел сказать: это касается только тебя и твоего сна?